1968-й. Как хоронили ведьму

Ведьма она иль нет?! Кто знает… Несчастная баба, которая одинокая, – завсегда ведьма.
(Анатолий Брусникин, «Девятный Спас»)

История эта могла и не найти своего читателя, поскольку произошла в самый разгар пропаганды атеизма и борьбы с мракобесием. Дабы не исковеркать факты и точно передать всё, что произошло с нашей героиней, я передам повествование от её лица. Устраивайтесь поудобнее, мы начинаем.

«Моя мама родилась в Казахстане почти сразу после войны, в 1949 году. Родители её были немцами по происхождению, а потому немецким языком она владела в совершенстве, а русский выучила только в школе. Отец же мой был чистокровным украинцем. Он и его предки много лет жили в одном из сёл Винницкой области. Когда ему исполнилось двадцать два года, он познакомился с мамой, они поженились и уехали в Забайкалье налаживать новую жизнь. Их единственным желанием по приезду было венчание по всем церковным канонам. Маму мою звали Ольгой, а отца – Василием. (Деревню – свою малую родину – собеседница назвать отказалась.)

Бабушка с дедушкой тосковали без дочки, и летом 1968 года также перебрались за Байкал. Срубили небольшой домик и стали жить по соседству от новобрачных.

Перед подготовкой к венчанию во время деревенских посиделок на завалинке мама рассказала родителям, что на краю деревни, через два дома в сторону леса живёт бабка-ведьма. Мол, она вредит людям и домашним животным и вообще держит в страхе всё село. Бабушка была впечатлительной и очень испугалась, а дед только посмеивался да говорил, что всё это ерунда.

Никто не знал, сколько этот старухе на самом деле лет, но выглядела она на девяносто, если не на все 100. Она была сморщенной и неопрятной, но при этом довольно бодро ходила и, на удивление, имела отличные зубы (важная деталь). Поскольку мама только недавно переехала в село, то не могла точно сказать, откуда появилась та бабка, есть ли у неё родственники и с чего вообще местные взяли, что она ведьма. Огорода у неё не было, и скотину она не держала, но при этом магазин посещала регулярно. Ходили слухи, что она по заказу наводила порчу и помогала женщинам вытравлять из утробы нежеланный приплод. Тем, якобы, и жила.

Когда из Казахстана переехали бабушка и дедушка, ведьма уже несколько месяцев лежала больная и очень редко выходила на улицу. В такие моменты она просто стояла у ограды, облокотившись о столб, со злобой смотрела на прохожих и проклинала всех подряд, на чём свет стоит. Или же норовила кинуть вслед камень или горсть земли.

Сначала мама с папой шарахались от таких выходок странной односельчанки, но потом соседи научили их просто обходить тот дом стороной. Мол, пусть и крюк солидный, зато нервы в порядке.

Наконец, наступил долгожданный день венчания. Мама вышла рано утром на крыльцо помолиться. Молилась она едва слышно на немецком языке. Закрыла глаза, а когда открыла, перед ней… стояла та старуха. Она со злобой смотрела на женщину, а потом начала орать: «Ты зачем сюда приехала, дрянь нерусская?» Как узнала про это – непонятно. В следующее мгновение ведьма сунула руку в карман, вытащила оттуда горсть земли, бросила её прямо в голову маме, развернулась и молча заковыляла прочь. Обидно было до слёз. Мама вернулась в дом и всё рассказала бабушке.

Бабушка вдруг из тихого, спокойного и уютного человека превратилась в деятельницу. Она разбудила деда, велела ему истопить баню, а сама ушла в церковь. Вернулась с тремя свечами. Сняла в сенях с мамы всю одежду, завязала в тугой узел и закинула в банную печь. Затем распустила у мамы волосы, сняла старый крест с иконостаса, взяла свечи и увела маму в баню. Пока горели свечи (почти два часа), бабушка отмывала дочку.

В полдень состоялось венчание, и ничего страшного не произошло. Вечером отметили радостное событие и легли спать.

Ночью мама чуть не умерла. Поднялась температура, по телу пошла сыпь, как будто крапивой отстегали, только пятна были гораздо ярче. Начался бред и конвульсии по всему телу. Думали, что помрёт. До ближайшей больницы – 30 километров, а машин ни у кого нет. Сбегали за моей бабушкой, она заварила чай из каких-то трав, сумела несколько кружек влить маме в рот, а затем до утра читала над дочкой молитвы.

Под утро симптомы спали, мама немного подремала, а когда проснулась, почти ничего не помнила. Чувствовала себя прекрасно.

Вечером того же дня мать с отцом разругались очень сильно. Да так, что мама собрала чемодан и пошла на остановку, чтобы ехать обратно в Казахстан. Бабушка её догнала и уговорила пожить пока с родителями. Убеждала, что это порча на разлуку, и она её снимет. Четыре дня бабушка молилась перед дочерью и перед иконостасом. Четыре дня просеивала муку над её головой, а затем пекла хлеб. Первая булка вообще не поднялась и была больше похожа на лепёшку. Бабушка подхватила её чёрным полотенцем и закопала в огороде. Второй и третий хлеба она отдала свиньям. Лишь четвёртый хлеб вышел на славу – воздушный и румяный. Бабушка его раскрошила и скормила голубям. К этому времени мама уже не держала никакого зла на своего молодого мужа и на исходе дня убежала домой.

Бабушка после такого лечения сильно заболела и две недели лежала пластом. Фельдшер только руками разводил и подозревал гипертонический криз, говорил, что надо в больницу. Бабушка отказалась, а затем поправилась сама. После этого у нас всё устаканилось.

А через неделю та ведьма умерла. И это было самое страшное. Старуха орала много часов подряд у себя дома. Это были страшные нечеловеческие завывания. К вечеру собралась большая толпа, председатель долго колотил в дверь, однако старуха лишь хохотала. Пришлось выломать дверь, но переступить через порог никто не решался, послали за фельдшером. Тот зашёл и сразу вышел, сообщив, что старуха дегидрирована (обезвожена), истощена и лежит в бреду. Предпринять что-либо у него нет никакой возможности, а дорогу до больницы бабка не переживёт. В общем, решили дать ей спокойно умереть в своём доме, тем более что надежды, что она переживёт ночь, не было.

Однако на другой день проклятия и крики только усилились… На дворе стоял сентябрь. Постоянно моросил дождь. В доме умирающей было не выше десяти градусов: никто не решался зайти внутрь и затопить печь.

Наконец, кто-то высказал предположение, что ведьма не помрёт, пока свой дар не передаст. Председатель, будучи молодым и партийным атеистом, стал возмущаться, но под суровыми взглядами односельчан притих.

Утром следующего дня стоны и крики продолжались. Позвали священника. В комнату, кроме него, войти никто так и не решался, все толпились в сенях. Среди присутствующих там был и мой отец. Он говорил, что зрелище было душераздирающим. На засаленном матрасе лежала истощённая до костей старуха с седыми волосами и чёрными злыми глазами. Люди старались не ловить её взгляда. Она лежала неспокойно. Еле движущимися губами исторгала из себя какие-то слова-вздохи, проклятия. Приступы бессилия у неё сменялись агрессией, чёрной злобой, в порывах которой она пыталась вскакивать со своего смертного одра, но потом снова падала на кровать.

Ближе к вечеру священник сказал, что необходимо прорубить дыру в потолке, чтобы душа ведьмы вышла из тела. Председатель кричал, что доложит об этом в райком. Кто-то из толпы ударил его в лицо кулаком. Тот схватился за окровавленный рот и ушёл. Застучали топоры, ведьма притихла. Она не отрывала взгляда от потолка. Через час после того, как крышу прорубили, старуха с протяжным вздохом умерла.

Когда укладывали ведьму в гроб, то увидели у неё во рту источённые временем гнилые зубы. Отец так и не смог объяснить, куда же девались её ровные и здоровые. Не могли же они испортиться за пару недель…

Кладбище находилось на крутом обрыве. Когда рыли могилу, на глубине в метр оказалось, что дальше обнажилась пустота, уходящая вниз на несколько метров между двумя громадными валунами. Никто не хотел копать заново. Решили аккуратно поставить гроб на валуны и так закопать. Не получилось. Гроб соскользнул и улетел в щель. Лопнула крышка поперёк. Священник сказал, что это плохой знак, но никто уже больше ничего делать не хотел. Так и засыпали землёй, да поставили деревянный крест для упокоения.

Дом подожгли сразу, как только вынесли гроб с телом. До 1987 года на этом месте оставался пустырь, поросший бурьяном.

С тех пор больше ничего особенного не происходило. Мы уехали из деревни перед перестройкой. Бабушка и дедушка оставались там. Когда бабушки не стало, отец на похоронах водил меня посмотреть на ведьмину могилу. Я, к сожалению, ничего не помню: слишком маленькая была».

Вот такая жуткая и весьма интересная история произошла с родителями нашей героини. Лично для меня этот случай является очередным подтверждением того, что мученическая смерть ведьм и колдунов имеет место быть. Не может чёрная душа спокойно покинуть этот мир, поэтому требует специальных обрядов. Если у вас есть подобные истории, смело присылайте их в редакцию. Можно инкогнито.

Берегите себя.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)