Харагун. Пока ещё участковая

Название крепкого раскидистого села в Хилокском районе переводится с бурятского одними как «чёрная вода» (т.е. чистая, здоровая, целебная, священная, а ещё – сплошная, незамерзающая), другими – как «чёрная кобылица»; возможно, очертания сопок, обступивших Харагун в безмолвной защите, дали ему имя. Сейчас здесь живёт почти 3 тысячи человек, из них больше 500 – дети. Дома ухожены, заборы – берега широких улиц – стоят ровно. Нарядно синеет крыша деревянной церкви. Бегут поезда. В сторону Дайгура золотятся скошенные овсы. Много неба, воздуха и солнца. Но тревожной обстановку делают нерадостные новости: круглосуточный стационар участковой больницы, где поправляют здоровье жители нескольких сёл и крохотных станций, закрывают 1 января.

Оценка симптомов

Беда пришла не по декабрьскому снегу, который здесь чист и скрипуч. В 2012-м, когда вышло постановление Минздрава РФ о том, что к участковым больницам должно быть прикреплено не меньше 5 тысяч человек, началось: то койки сократить, то лабораторию закрыть. (Отчего все проблемы у нас принято «лечить» ампутацией?!)

Лидия Николаевна Афанасьева: «Мы понимаем, что перемен не избежать, и с восьмью койками круглосуточный стационар содержать не станут. Но особенно тревожно за людей, что делается это именно сейчас – в разгар пандемии…»

Харагунская до 5 тысяч не дотягивает. Сегодня к ней прикреплено 3278 человек – это жители сёл Харагун, Хушенга, Алентуйка, Тайдут, Аренур, Сарантуй, Дайгур. Железнодорожники, которых среди жителей станций немало, прикреплены к своей узловой поликлинике. Но какое-то время спасала отдалённость. Если в с.п. «Хушенгинское» есть ФАП с тремя фельдшерами, то в Дайгуре, где проживает 72 человека, его закрыли в 2018 году, сделали домовое хозяйство (новый вид медицинской помощи), а 1 января 2020 года закрыли и его. При этом сотовая связь очень плохая – не докричишься. В 47 километрах от Харагуна находится 6024-й километр, там, как и в Дайгуре, надежда только на Харагун.

В 2018 году всем миром отстояли лабораторию (электрички до районного центра тоже пришлось отвоёвывать). А про койки известно: когда их количество из экономии сокращают (с 50… 30… 12… до 8!), учреждение перестаёт выполнять норматив по нагрузке, речь неизменно заходит о невыгодных площадях и персонале. Площади по сегодняшним временам у больницы роскошные: кирпичное здание поликлиники в центре села и деревянное, стационара, – в сосновом перелеске.

Дураков нет. Даже пенсионерам с горечью, но понятно, что время рыночное, и больницы, которые они когда-то в 60-х поднимали народной стройкой, теперь обязаны зарабатывать на своё содержание. Как это делать, если вся деятельность учреждения строго курируется сверху, приём больных «лимитирован» и т.д., – вопрос не к участковым и даже, наверное, не к центральным районным больницам.

Лидия Васильевна ШВЕЦОВА, ветеран труда, 40 лет в потребительской кооперации, была товароведом, потом директором:
«Своей больницей мы довольны. Всегда принимали нас нормально, пролечивали. Мне меняли хрусталики, и теперь требуется поддерживающая терапия. Придёшь – пожалуйста. И лаборатория у нас есть – не надо мотаться в районный центр почти за 70 километров. Сосудистое отделение ещё дальше – в Петровске, 260 км. И дорога такая, что врагу не пожелаешь, особенно в межсезонье.
В Хилок мы и сейчас иногда обращаемся. Приедешь электричкой. Зайдёшь к доктору на 10 минут, и семь часов на вокзале. Такое лечение выдержат только здоровые…
Боимся, что сейчас закроют стационар, а после поднимут вопрос и о закрытии амбулатории…»

Давно простаивает в Харагуне физиокабинет, хотя инициатива «снизу» обучить специалиста была. Медосмотры (серьёзное подспорье бюджету), которые раньше население проходило, не выезжая в райцентр (всё, кроме флюорографии), постепенно перешли в узловую железнодорожную поликлинику.

Подпортил статистику коронавирус: в феврале (читаем в обращении жителей к районным депутатам) стационар по приказу держали «наготове» пустым, осенью два доктора находились в отпуске. (Если харагунская больница «больна неокупаемостью», кто должен был отвечать за «профилактику» и то, что «болезнь» не захватили на первых симптомах?)

В итоге «недобрали» 34 миллиона рублей (сами «должники» с цифрами не согласны, по их подсчётам, план выполнен почти на 100%).

При всём этом несколько лет назад в здании на совесть сделали капитальный ремонт (спасибо тогдашнему министру Борису Сормолотову). Губернатор Наталья Жданова в залитом солнце уютном стационаре признавалась: «Не видела в Забайкалье таких участковых больниц».

Четыре года назад открылся стоматологический кабинет: по программе «Земский фельдшер» в Харагун приехала талантливая женщина-врач. Пломбирует зубы и поёт! Харагунцы позаботились о жилье и работе для супруга. Ходят теперь «зубастые», чему могут позавидовать тысячи забайкальцев. И согласны радушно принять и устроить других специалистов: милости просим! В 2019 году (тоже долго-долго добивались) в участковой больнице поставили два новых котла, отремонтировали систему отопления в поликлинике.

Здесь вообще ощущается движение жизни. Нет упадка и обречённости. Из пекарни в центре села плывёт запах свежего хлеба. Из местного творога лепят вареники, уже известные далеко окрест. Есть небольшое кафе. Конечно, как и в других уголках Забайкалья, о былых масштабах производства (совхоз, лестранхоз, мебельный комбинат) остались только воспоминания, но люди работают; в основном на железной дороге. Радуются добрым переменам – появилось освещение улиц, открылась площадка для воркаута. Не дают скучать Дом культуры и школа. Есть кем гордиться – детская команда КВН прошла во Всероссийскую лигу. Из соседних деревень на АЗС приезжают за дизтопливом и бензином.

Здание сельской администрации. Скромное, деревенское. Может, именно поэтому работающим здесь ближе и понятнее чаяния людей… «Цифры – цифрами, но ведь, наверное, надо учитывать отдалённость населённых пунктов, качество дорог, – слышу за этими дверями. – Дневным стационаром смогут пользоваться ТОЛЬКО харагунцы. Ведь пример уже есть – с железнодорожниками, которые «не в счёт», давно не всё просто. Стационар в узловой больнице только дневной. Люди с температурой вынуждены добираться до Хилка за 60 километров (иначе больничный не оформить). А представьте: электричкой к 8 утра туда, вечером только в пятом часу обратно. Или нанимай машину. Или садись за руль сам. Раньше работникам дороги давали форму №57, чтобы во время лечения наблюдались у наших терапевтов, ходили на процедуры, но дорога идёт на это всё более неохотно – тогда ведь придётся делиться средствами ОМС… Вот нынче в Чите в очереди на КТ умер мужчина – какой был шум, а ведь такие страшные вещи и в районах происходят.
Закроют круглосуточный стационар в Харагуне, вот так же будут мотаться на перекладных к нам сюда заболевшие жители Дайгура, Тайдута? Не будут! Скажут: «Да ну их, такие капельницы».

И конечно, едут в поликлинику и стационар.

Трудятся здесь легенды. Чего стоит одна Лидия Николаевна Афанасьева, что в 1972 году девчонкой приехала сюда по направлению. Опытнейший гинеколог, до недавнего времени – главный врач и, на минуточку, один из лучших в Забайкальском крае по итогам 2019 года! За 48 лет на «боевом посту» приходилось быть и хирургом, и кардиологом. Ещё при Троицком (Олеге Николаевиче, выдающемся организаторе здравоохранения Читинской области) добилась для родной участковой больницы пункта скорой помощи. Помнит, как в родильном отделении Харагуна принимали до ста малышей в год. «Все поколения харагунцев прошли через неё», – с благодарностью говорят односельчане. О своих врачах и медсёстрах у них самые добрые слова. Ведь за десятки лет без текучки кадров, многотысячного конвейера пациентов маленькие сельские больницы воплощают ту самую идею о семейных докторах. «Может, поэтому у нас сильно не мрут», – по-простому оценивают местные самый главный показатель эффективности здравоохранения. Обижаются на брошенное с разных трибун: «Лечите-то одних пенсионеров!» …Удивительная деликатность отличает некоторых сильных мира сего; видно, надеются, что сами стариками не станут.

Постановка диагноза

Когда в 2020 году снова заговорили о переводе участковой больницы во врачебную амбулаторию, жители нескольких сёл забили во все колокола – от районного совета депутатов до губернаторской приёмной и кремлёвских палат. Верили, глядя по ТВ выступления федеральных чиновников, что не могут в регионе пойти против слов президента. И сейчас верят. Собрали несколько сотен подписей.

Администрация губернатора пообещала держать вопрос на контроле. А из Москвы, как известно, прошения спускают туда, где всё уже решено (как и требования к медорганизациям, и недостаточное финансирование!). Поговорить с людьми, донести свои аргументы, убедить: мол, товарищи, не так страшен чёрт, как его малюют, из Читы никто не приехал. А 30 октября минздрав Забайкалья обнародовал окончательное решение: Харагунскую участковую больницу, входящую в состав Хилокской ЦРБ, переведут во врачебную амбулаторию.

«Полного закрытия медицинской организации не предусматривается. Несмотря на сокращение восьми коек круглосуточного пребывания, сохранится дневной стационар и подразделение скорой медицинской помощи, укомплектованное санитарным автотранспортом. Население, как и прежде, будет получать все виды медицинских услуг. Это диагностика и лечение острых и хронических заболеваний, диспансерное наблюдение, оказание круглосуточной экстренной и неотложной помощи с возможностью эвакуации пациентов в ЦРБ, краевые лечебные учреждения, а также приём больных на дому» (цитата на сайте министерства руководителя Хилокской ЦРБ Ольги Ковальчук от 30 октября). Оттуда же: «Кредиторская задолженность в 34 млн недопустима. Нагрузку в Харагуне выполняют только педиатр и терапевт. На скорую помощь за день поступает три-четыре вызова против 20–25 в Хилке. Тем не менее, скорую помощь мы оставляем, учитывая протяжённость района. По словам Ковальчук, большинство сотрудников отнеслись к изменениям с пониманием. До конца года они останутся в штате участковой больницы, сам перевод состоится в январе. На должность заведующего врачебной амбулаторией назначен специалист, соответствующий всем квалификационным требованиям. Прежнему главному врачу, который в пенсионном возрасте, предложено работать акушером-гинекологом» (на 0,25 ставки. – Прим. ред.).

В участковой больнице приказ получили несколькими днями ранее, как и уведомления о переводе и сокращении персонала. Последний рабочий день 31 декабря у 12 человек. Многие из них проработали здесь 16 и 20 лет, и вряд ли смогут ездить на работу в Хилок (медсёстрам обещают трудоустройство): после смены добираться домой будет просто не на чем. Но, как доктор Айболит, верные себе и призванию медицинские работники беспокоятся больше не о себе – о людях:

– как дневным стационаром смогут пользоваться жители других сёл?

– неужели хватит 25 терапевтических коек центральной районной больницы на 28 тысяч человек (население района)?

– как быть со срочной госпитализацией в вечернее и ночное время (амбулатории работают только днём), если машины скорой (пусть даже их будет две, как обещает минздрав) уже уедут на вызов? Такая ситуация может возникнуть уже 1 января – в новогодние праздники.

Вопросов много, и после визита в Харагун министра здравоохранения Анны Шангиной в конце ноября их меньше не стало. А вот сомнений прибавилось.

Лечение: ампутировать и прижечь?

О визите руководства минздрава жителей не предупредили, но активисты всё же узнали и пришли хотя бы попытаться.

«Получилось очень некрасиво – на наши вопросы никто отвечать не стал. Создалось впечатление, что главу минздрава мы очень раздражили, потому что, во-первых, пришли, когда нас не звали, а во-вторых, выступали против реорганизации, – рассказывает Ирина Григорьева, учитель истории средней школы, пять лет назад – депутат районного совета. – Насчёт поликлиники мы согласны: пусть её переведут в здание стационара, экономия на отоплении, освещении и т.д. будет существенной. А по поводу закрытия круглосуточного стационара – нет и ещё раз нет!

Заверения о новых технологиях нас не убедили: почему сейчас не сделать учреждение отвечающим требованиям времени? Сколько мы добивались хотя бы хорошей интернет-связи для специалистов, чтобы потом с их направлениями не ездить в Хилок и оттуда записываться в Читу. Неужели прогрессу настолько мешал круглосуточный стационар?

На вопрос о том, как быть, если случится инфаркт в вечернее время, а скорая уже на вызове, министр рассердилась, пусть, мол, только попробуют довести человека до инфаркта при нашей грамотной выстроенной маршрутизации. Потом и вовсе прекратила прения: «Можете сколько угодно заседать. У нас рабочий день». А потом появляется информация, что стационар убирают с согласия общественности!!!»

Зачем взрослым людям понадобилась эта «маленькая ложь», да ещё в таком болезненном вопросе, непонятно. Но из-за неё под сомнение ставится остальная «официальная информация» – про новый современный автомобиль, телемедицину, модульные ФАПы, установка которых запланирована в сёлах в 2021 году (ожидается приезд нового фельдшера).

В будущую врачебную амбулаторию, обещает минздрав региона, приобретут современную стоматологическую установку, оборудование для лаборатории. «30 ноября в больницу передан новый кислородный концентратор с возможностью подключения кислородной поддержки двух пациентов» – к слову о бушующем в мире коронавирусе. Вот он-то уж точно никому не прибавит здоровья. Только где будем его поправлять?

***

Люди, видимо, в силу своего неумения оценивать «целесообразность» реформ, глядят дальше чиновников: вслед за благами цивилизации (а возможность лечиться – одно из важных благ) из села потянутся люди. Потом придёт черёд средней школы. Потом…

Но пока хотя б одного министра (желательно, конечно, государства Российского) не провезут с инсультом с 6024-го километра по колдобинам и гребёнке сначала 47 км до Харагуна, потом ещё 210 до Петровска, ничего не изменится. Правда, может случиться так, что скорая уже на вызове в Алентуйке, амбулатория закрыта – конец рабочего дня. А медсестра, которая могла бы поставить спасительный укол, с 1 января 2021 года моет пол и фасует печенье где-то в привокзальном киоске.

Не только больница

О буднях рабочих – Вера КОНДРЮК, глава с.п. «Харагунское» с 2007 года, в администрации работает 38 лет. Когда харагунцев спрашиваешь о жизни села, они обязательно подчёркивают: «Есть в доме хозяин», и это – о ней. С Верой Александровной успеваем поговорить, когда утро ещё не разгорелось.

– А то сейчас побегут, – улыбается она.

– С чем бегут?

– Да со всем. Сейчас заготовка дров. Берут справочки о размере жилплощади, выписывают в лесхозе дрова. У кого какие-то проблемы, приходят…

– С дровами проблем нет?

– Нету. Есть предприниматели, которые занимаются лесозаготовкой, у них сырьевая база в Республике Бурятия, продают лиственничные дрова (примерно 7 тысяч за машину). А для населения лесничество выписывает на корню: люди стараются сами заготовить, техники много… Лесхоз Хилокский, есть лесничество.

На сегодняшний день у нас одно КФХ: жители Республики Бурятия купили на территории поселения большой земельный участок бывшего фермерского хозяйства (хозяин умер), разводят крупный рогатый скот. Также индивидуальный предприниматель занимается лошадьми. В основном же скот держат в личных подсобных хозяйствах, оформляться в качестве КФХ люди не соглашаются: большая отчётность, ответственность. Всего больше 520 голов, из них примерно 280 коров. Когда лето наступает, получается три стада: два гонных, а молодняк вывозят и пасут за пределами населённого пункта. С пастьбой проблема – не найти пастухов. Объявления пишем, никто не идёт: тяжёлый труд, большая материальная ответственность. К тому же было много пунктов приёма древесины, можно было зарабатывать там, возможно, ещё поэтому наниматься в пастухи люди не спешили. Проводим сходы, предлагаем жителям в таком случае по очереди пасти или ещё как. Вопрос с пастьбой больной не только у нас.

– Что нового, хорошего принёс Харагуну год?

– В 2019-м мы получили детскую площадку, нынче – площадку для воркаута. Ремонтируем площадь, участвуя в «Городской среде», в 2021-м продолжим благоустройство. Освещение проводим, правда, пока точечно. Дороги ремонтируем – подаём заявки на участие в разных программах. А без программ что сделаешь? Бюджет-то на 2021-й – плакать хочется: заработная плата, коммунальные и немножко софинансирование тех программ, в которых будем участвовать. Остальное всё – по нулям. Особенно противопожарная безопасность, за которую штрафуют, а там денег НЕТ! Как можно выполнить все предписания? Когда приезжал Андрей Викторович Гурулёв (зампред правительства края, курирует все региональные ЧС. – Прим. ред.), мы, все главы, к нему подошли и говорим: «Давайте, чтоб заработная плата, коммуналка и подготовка к пожарам, ведь это первоочередная задача. Нужно провести минполосы, отжиги. Нужно контролировать. Население ведь на сегодняшний день мало организовано: то костёр, то ещё что-то… В связи с порубками обстановка тоже знаете какая в лесу». «Да-да, – согласился он с нами. – Обращайтесь». У поселений сложилась задолженность за эти работы ещё за прошлый сезон. Пообещали, что министерство финансов нам выделит. Но ничего не было. Кто по суду пошёл, кто заткнул дыры средствами, которые были на другие цели. И снова лезем, потому что ну как минполосы не сделать?! Бесплатно частник не пойдёт. Вот опять кредиторка у нас больше 70 тысяч – заключили договор с КГСАУ «Забайкаллесхоз», они сделали нам минполосы вокруг пяти населённых пунктов. Теперь весной и осенью отжиги надо провести. Ну, дайте деньги в бюджет! Мы наймём лесников, и у них будут деньги. Работаю главой с 2007 года, ничего не меняется…

+ -7

3 Ответы на “Харагун. Пока ещё участковая

  1. У нас очень хорошая больница, где медработники спасают жизнь людей. Мы до последнего будем отстаивать нашу больницу- можно сказать права на жизнь

  2. Одного чинушу раскулачить- на сто лет хватит больницу поддержать. Но нет!- сначала до ведут до нищеты,а потом и вовсе закроют! А люди из нескольких сёл будут на всяких перекладных добираться 60-70 км ,как хотят,и если смогут! Так сёла и убивают.
    Это и есть опережающее развитие??

  3. От статьи буря эмоций…. как здорово что есть ещё у нас в крае такие села, люди!!!!! И очень жаль что нынче у руля региона такие жалкие людишки….

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)