«Судьба. Баня. Самолёт… С лёгким паром! Новый Год!»

Обычаи, традиции… Где-то с предрассудками, а где-то с желанием поймать почти неуловимые счастье и удачу. Произвести определённое действие, дабы судьба повернула свою капризную спутницу – Фортуну – лицом к соискателю счастья.

Разбейте бутылку шампанского о нос судна, пустите кота в новую квартиру или… сходите в баню 31 декабря. Впрочем, последний обычай, как выяснилось ещё в прошлом веке, довольно рискованный, поскольку среди уютного, расслабляющего лёгкого пара вы рискуете заблудиться в нём. Судьба в этом случае лишь иронически улыбнётся (сквозь пар) и устроит вам такую веселуху, что её будут помнить многие последующие поколения… Самому главному новогоднему отечественному фильму, максимально иллюстрирующему выкрутасы жизни, любви и… бани, «Ирония судьбы, или С лёгким паром», исполняются юбилейные 45 лет!

Кризис, деньги, мастера…

В жизни даже у творческих и весьма известных людей случаются финансовые кризисы-затруднения, иначе говоря, банально не хватает денег «на прожитьё» разной степени достойности. В отличие от целого ряда современных творцов (некоторых режиссёров, актёров и певцов), которых начали обозначать новомодным заграничным словцом «селебрити», герои сегодняшней истории никогда не выпрашивали, не клянчили нагло и слёзно у государства и зрителей денег на содержание себя любимых, своих дворцов, яхт, лимузинов, заграничной недвижимости и прислуги. Во-первых, нашим героям эти «элементы сладкой буржуйской жизни» были ни к чему, причём дело было не в том, при каком социальном строе они тогда жили, а в личных душевных качествах и убеждениях; во-вторых, и самое главное: они хотели заработать денег своим собственным творческим трудом.

Звали эту неразлучную творческую пару Эмиль Брагинский и Эльдар Рязанов.

На дворе был 1969 год, и, чтобы поправить своё неважнецкое материальное положение, друзья припомнили вполне реальную историю о том, как один человек 31 декабря пошёл в баню, там выпил, потом зашёл к друзьям, которые отмечали годовщину свадьбы. В гостях он быстро, мягко говоря, накушался. Пьяный шутник, один из гостей (это был известный советский композитор Никита Богословский, знаменитый своими розыгрышами, от которых, правда, не раз публично отрекался) отвёз его на Киевский вокзал, дал проводнице общего вагона червонец. Мужик очнулся на третьей полке с 15 копейками в кармане, когда поезд уже подходил к… Киеву.

Баня, водка, самолёт, пьеса, счастье, Новый год

Как дальше сложилась судьба этого человека, Брагинский с Рязановым не имели понятия и стали выдумывать свою версию. Киев сменили на Ленинград. Поезд – средство передвижения слишком медленное (а то мужик быстро протрезвеет и поймёт, что к чему) – исключили. Самолёт – самое то! Теперь судьба могла «иронизировать» над главным героем на всю катушку… В конечном итоге всю эту недорогую по затратам и времени пьесу которую авторы умудрились написать за 12 дней, недолго думая, окрестили «С лёгким паром, или Однажды в новогоднюю ночь…», где действие проходило почти в одной декорации и с минимальным количеством персонажей.

Авторы предложили свежеиспечённый шедевр целому ряду московских театров, но служители столичной Мельпомены шарахнулись от такой странного, нелепого, хотя и смешного алкогольно-сказочно-новогодне-лирического драматургического произведения. Однако случилась удивительная история – пьесу взяли «на вооружение» провинциалы, и с 1970 года «С лёгким паром!» шла с неизменным успехом в 110 театрах страны. Заслуженные «дивиденды» дождём пролились на Брагинского и Рязанова.

Киноотверженный и ТВ

В начале 1974 года у Брагинского случился тяжёлый инфаркт, после которого творческий тандем на какое-то время распался.

Пока друг-сценарист усиленно поправлялся, практичного режиссёра осенило: а может, пьесу экранизировать? Разумеется, требовалась её адаптация к экрану, а это означало, что нужно уменьшить количество реплик (диалоги героев на сцене всегда длиннее), увеличить количество локаций (в театре-то «прокатывала» почти одна декорация), добавить новых персонажей и т.д., и т.п.

Сказано – сделано! Когда Эльдар Рязанов явился на родной «Мосфильм» со сценарной заявкой будущей картины, то… ему дали от ворот поворот: слишком большой объём материала для постановки. Но главное, художественному руководству студии категорически не понравился абсолютно нелепый, даже для «режиссёра-комика» Рязанова, прославившегося, помимо прочих, комедиями «Карнавальная ночь» (1956) и «Гусарская баллада» (1962), сюжет, «пропагандирующий пьянство и распутство». А руководство Госкино прямо сказало режиссёру, что «безыдейная комедия о похождениях пьяного загулявшего доктора» большому экрану ни к чему.

Проектом Рязанова заинтересовался только глава Гостелерадио Сергей Лапин и дал добро на постановку картины в телевизионном формате с хронометражем в 3 часа 15 минут. Вскоре по его указанию центральное телевидение заказало производство «Иронии судьбы, или С лёгким паром!» (теперь сценарий фильма стал называться именно так), а производственную базу предоставил «Мосфильм».

Странная пара: доктор-террорист и…

Летом 1974 года на студии был принят сценарий, 2 сентября он был запущен в режиссёрскую разработку. К 29-му начался подготовительный период и отбор актёров. Ныне главных героев культовой картины Рязанова Женю Лукашина и Надю Шевелёву практически невозможно представить в чьём-нибудь другом исполнении, кроме Андрея Мягкова и Барбары Брыльски. Между тем, «ироническую» парочку могли исполнить совершенно иные актёры.

Первыми кандидатами стали… Андрей Миронов и… Людмила Гурченко! Интересно, что режиссёр видел в Андрее «правильного» жениха Нади – Ипполита, но Миронову не нравился «этот слишком серьёзный, больно умный дядька», и он уговорил Рязанова пробоваться Лукашиным. Режиссёр поддался уговорам, но когда увидел фото- и кинопробы замечательного Андрея, то ужаснулся: вместо доброго, покладистого «тюфяка», интеллигентного доктора Жени на него, по признанию Рязанова, «из каждой перфорации, из каждого кадрика вылезал, да нет, просто пёр… матёрый любовный террорист». Гурченко, кстати, оказалась почти в том же духе. На парочке был поставлен крест.

Несмешной… несоветский… и случайный!

Лукашиным также могли вполне стать блистательные Олег Даль, Пётр Вельяминов и Иннокентий Смоктуновский, но не дотянули до комедийности персонажа. Пробовавшийся Станислав Любшин выбыл из игры по собственному желанию, тем более внешность была у него не очень «советская». И тут ассистент режиссёра предложила «заткнуть дыру» малоизвестным тогда актёром Андреем Мягковым. Первая же проба показала: Лукашиным Мягкову быть!

Седьмая Надежда

С Надей Шевелёвой вышла заминка – одним из главных персонажей фильма хотели стать несколько замечательных актрис, которых, впрочем, сейчас трудно представить в этом образе. На роль первоначально собирались утвердить Светлану Немоляеву – актриса просто горела энтузиазмом перевоплотиться в учительницу литературы и русского языка. Пробовалась она уже в паре с Мягковым. Рязанов сделал для Светланы аж 8 (!) больших проб: она играла эпизоды и с гитарой, и с пением, и со скандалами, когда героиня видит в квартире незнакомого человека. Играла в одном парике, в другом, со своими волосами, в очках. Но в итоге Немоляева, несмотря на горячее желание стать «Надей», провалилась с треском.

После Немоляевой Надю Шевелёву «примеривали» вышеупомянутая Людмила Гурченко, Лариса Голубкина, Антонина Шуранова, актриса Кировского драмтеатра Марина Меримсон и Наталья Гвоздикова, но безрезультатно.

Гвоздикова, кстати, также пробовалась на роль «правильной» невесты Лукашина Гали, но и тут не прошла. Невестой №1 утвердили Елену Науменко.

Любопытный факт: все фотопробы в архиве «Гостелерадио» сохранились, кроме многочисленных фотопроб Гурченко. Снимки Людмилы Марковны сейчас оказались… выдранными! Кто и когда это сделал, неизвестно. Говорят, и сама Людмила Марковна всегда очень негативно воспринимала попытки восстановить подробности кинопроб для «Иронии судьбы». Однако Рязанов всё же умудрился протащить «любовно-террористическую» пару в свою картину – в одном из эпизодов в квартире Нади работает «новогодний» телевизор, где Миронов и Гурченко лихо отплясывают в сцене из фильма режиссёра Л. Квинихидхзе «Соломенная шляпка» (1974).

Кроме вышеназванных кандидаток «в Нади», композитор киногруппы Микаэл Таривердиев долго и упорно уговаривал режиссёра пригласить Алису Фрейндлих. Возможно, Рязанов бы и поддался уговорам, но однажды на перекуре между очередными пробами он вспомнил польскую мелодраму «Анатомия любви», где главную женскую роль играла Барбара Брыльска. Настырный Рязанов раздобыл домашний телефон польской актрисы и позвонил ей в Варшаву. Брыльска была очень удивлена: обычно ей звонили не режиссёры, а их помощники. Прочитав сценарий, Барбара мигом вылетела на кинопробы в Москву. «Версия» Нади №7, согласно счастливому числу, оказалась самой убедительной. А одна из актрис «Иронии» Валентина Талызина, которая не только снялась в фильме, но и с блеском дублировала Барбару, неважно говорящую по-русски, объяснила потом, почему так вышло, со своей точки зрения: «В нас, советских актрисах, секса не было, а в ней был! Выше крыши…»

…Продолжение этой удивительной и самой традиционно-новогодне-иронической, почти волшебной киноистории читайте в самой первой в новом 2021 году снежно-праздничной «Телемании». А в следующей встрече, всего за 48 часов до полуночного боя столичных курантов, мы отправимся тоже по традициям новогодним, но не кино, а… Впрочем, об этом – в своё время…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)