В поисках Удумкаевского караула

Дожди лили третью неделю, не давая нам воплотить заветную мечту – найти место расположения старинного казачьего караула, который описывали многие путешественники XVIII века. Наконец распогодилось, и 19 августа 2020 года мы с Иваном Георгиевичем Ивашкеевым, большим любителем старины, хранителем многих реликвий, отправились в посёлок Кулусутай Ононского района…

По трассе «Борзя – Соловьёвск» проехали Бабье озеро, известное своими лечебными грязями. Справа осталось Борзинское озеро (Давасу-Нор), где с давних времён тунгусы, а потом и русские казаки добывали поваренную соль и поставляли её по всему Забайкалью; отсюда уходила «соляная» дорога в Нерчинск и Аргунские заводы. Свернули около развалин бывшего посёлка Дурбачи, и вскоре нам открылась панорама темнеющего дна высохшего озера Зун-Торей. Остановились возле сопок Куку-Хадан, наблюдали окаменевшие деревья на склоне, плиточные могильники, веками постепенно уходившие в землю, но до сих пор с чётко обозначенными прямоугольными границами… На участке Шара-Ундус с сопки Глаз Дракона, с которой ранее наблюдали водные просторы торейских озёр, прямо на дороге видели различные минералы: халцедон, яшму, агаты.

Вскоре показался старинный посёлок, ему скоро исполнится 300 лет, и в нём живёт наш друг – удивительный человек, многое делающий для восстановления судеб фронтовиков, поисковик Владимир Викторович Рыбин. Наскоро позавтракав у него, мы степной дорогой стали продвигаться к заветной цели. Эта дорога помнит древние племена, обитавшие в Забайкалье, тумены Чингисхана, появление казаков в этих местах, ночёвки путешественников, набеги маньчжуров, жестокую Гражданскую войну, в которой не было победителей. По ней уходили на фронт с японцами, и немногие по ней возвратились в родные места…

Мы подъехали к месту первоначального расположения Кулусутайского караула от Уляцкого рода тунгусов, размещавшегося в пяти юртах с засулом под наблюдением зайсана Шида и стоявшего некогда у озера Тара (Торей), близ маяка Могыд-Зыке. Сделали видеосъёмку этого места и поехали дальше от зарастающего камышами с небольшими болотцами удивительного по своей красоте и истории палеоозера Барун-Торей в поисках исчезнувшего Удумкаевского караула.

Изучая старинные источники

В записках путешественника и исследователя Петера Симона Паласса есть такие строчки: «…Сверх Акшинска и Цурухайту, на половине меж оными, хотят ещё заложить третью – на устье небольшой реки Онон-Борзы, для коей уже и комендант назначен, и она будет Усть-Борзинской называться. Мало-помалу впредь вся сея граница будет так, как по Иртышу и по Оми, в линию крепостями и форпостами устроена. Ныне караулы, по учинённой во время распределения границ мере, в следующем находятся порядке и расстоянии:

– Доролгуйский караул – 25 вёрст от прежнего (Могойтуевского, на озере Могойту, от Тохтору 25 верст), а всё ещё от Онони недалеко;

– Кубухайтуевский караул – 33 версты;

– Часучинский караул – 45 вёрст от Кубухайтуевского;

Кулусутаевский караул – 35 вёрст от прежнего;

– Удумкаевский караул – в таком же расстоянии от прежнего, по крайней мере, по учинённому здесь измерению».

В Забайкалье экспедиция Палласа, в состав которой входили капитан Н.П. Рычков, гимназисты (двое из которых стали впоследствии академиками) Н.П. Соколов, В.Ф. Зуев и Антон Вальтер, рисовальщик Николай Дмитриев и чучельник Павел Шумский, побывала в 1772 году, значит, в это время уже существовал Удумкаевский караул.

Паллас также пишет, что «вдоль по сему урочищу, вёрст 15 от Кулусутая, приехал я на Удагатоевский караул, в долине стоящий, коего название на российском языке Удумкаевским произносится. Здесь я, переменя лошадей, без малейшей остановки отправился далее, на Чиндант-Турукуевский караул. Чиндант-Турукуевский караул, или, как его называли, Чиндант-Турукуевская крепость, находится на Ононе выше устья Борзи». Здесь жили рабочие и служащие, занятые на соляном промысле («туру» означает «соль»).

Паллас сетует, каким образом межевщики «расстояние сие от Кулуссутая до Угатаю» назначили на тридцать пять вёрст, он считал, что расстояние значительно меньше. Описывает он топи, горькою солью, будто снегом покрытые, но и от воды почти обсохшие, и другие солёные места, где в летний период пребывает Тунгуйский караул.

На запад от долины, к северу от Торея (а в этот период озёра убывали) находятся ещё два солёных озера, разделённые хребтом, – они тоже «Цаган-Ноором прозываются». Описывает он полувысохшие озёра Баян-Цаган (Богатый Белый) и Гумба-Ноор. А на реке «Ималхе, в проезде однажды пересекаемой, учреждён второй караул, при котором русские казаки несколько домов построили и рогатками обнесли».

По его же описанию, в верстах за пять от караула дорога проходила через один холм, на котором находился российский и китайский маяк, состоявший из одного конного караульного «над нарочно из камню сделанным возвышением стоящего».

Как пишет другой географ, Карл Риттер (1770–1859), Паллас вышел на западный приток степного озера Торей-Нора, реку Ималку, которая пересыхает, не достигая плоского берега соляного озера Торей, и, объехав это озеро, возвратился к Онону.

Зимой 1771 года, перед посещением Палласа, караул был необитаем, потому что из сухой почвы, на которой он был высушен, под печью пробился ключ. Здесь, в 15 верстах (по определению Паласса) от Хулусутая, находился пограничный караул Удагатей (называемый русскими Удумкаевым).

Изучая старинную карту, мы нашли пограничный казачий караул Кулусутаевский, находящийся на северном берегу озера Барун-Торей, а рядом с ним – озеро Зунъ-Торей (оригинальное написание), перешеек, по которому идёт дорога в Монголию, речки Ульдзю и Ималку, впадающие в Торей; наполненные озёра Цаган, Байн-Цаган, караулы, которые описывал путешественник Паллас. И недалеко от западного берега озера Барун-Торей стоит посёлок Удунь. Не здесь ли находился таинственный караул, который русские называли Удумкаевским?

По словам старожилов

…помнящих рассказы стариков, которых уже давно нет на белом свете, в этом месте стояли избы с резными наличниками, покрашенные белой краской. На верху сопки, с которой виден Кулусутай, есть камни, а на одном из склонов – следы разрушенных ветрами, ливнями и временем старых могил.

Запах свежескошенной травы сопровождал нас до села Красная Ималка, где состоялась беседа с заведующей шикарным сельским Домом культуры Юлией Саловаровой. Мы сфотографировали памятник селянам, погибшим в суровые годы Великой Отечественной войны. Встретились со старейшей жительницей села Зинаидой Алексеевной Саловаровой (Пушкарёвой), уроженкой Кулусутая, которая многое нам поведала о жизни в колхозе и замечательном человеке – председателе колхоза и сельского совета в 1941–1952 гг. Александре Гавриловиче Шустове. Об учителях школы и о том, какая красивая церковь со сверкающими на солнце двумя куполами была в казачьем селе…

Местечко Аршан

Далее наш путь пролегал по степной дороге. Иногда попадались посадки деревьев, ранее защищавшие посевы от знойного ветра. На стоянке, что встретилась по пути, сначала навстречу нам выбежали с лаем собаки, а затем вышли хозяева. Сразу по древнему обычаю пригласили гостей за стол, явно были рады, охотно отвечали на наши вопросы. Юрий Дугаров (хозяин стоянки) рассказывал о старых фундаментах, о находках – старых бляхах и монетах, о целебных источниках, с давних времён используемых местными жителями, об озере Цаган-Нур.

Сверились по карте. Подъехав к обозначенным Дугаровым развалинам, определили, что они не относятся к XVIII веку – не применяли цемент для строительства в те далёкие времена, явно эти жилища уничтожены были волей наших правителей позже. Но расположение озера подсказало нам, где нужно искать место Удумкаевского караула. И снова в путь…

Буйлэсанская находка

Посетили пограничное село Буйлэсан. Местные показали утопающий в цветах уютный дом казака Якова Михайловича Алексеева и его жены – директора местной школы Светланы Геннадьевны. Яков Михайлович гордится своим казачьим происхождением, ведёт работу со школьниками – рассказывает им об историческом прошлом нашего края. За гостеприимным столом, заставленным яствами, приготовленными руками хозяйки, потекла беседа. Мы, успевая расправляться со вкусными ужаренными ононскими карасями, расспрашивали о ближайших выдувах (выдув – оголённое, обдуваемое ветрами место), школе, старейших учителях села, рассказывали о цели своей экспедиции, о находках. В беседе вспоминали директора районного краеведческого музея Юрия Константиновича Товпегина, учителя, директора чиндантской школы, у которого когда-то училась и хозяйка.

Хозяин дома облачился в нарядную казачью форму, достал саблю, и мы сфотографировались на память. Поблагодарили за радушный приём, посоветовав создать в школе музей, и пожелали успехов в патриотическом воспитании буйлэсанских детей.

Старейший учитель села, переселившийся сюда из Воронежской области в 1939 году, рассказал нам, где в округе находили наконечники стрел. Поблагодарив его, мы отправились к памятнику фронтовикам, поклонились памяти людей, отдавших свои жизни на войне с фашистскими захватчиками.

Посетили местный магазин, где купили вкусный и свежий, настоящий деревенский хлеб, который выпекают в этом уютном селе.

Поднявшись на выдувы, стали работать в разных направлениях и вскоре показывали друг другу свои находки – остатки чугунной посуды (где-то здесь находилась плавильная печь, и остатки оплавленной руды нашёл Иван Георгиевич), а на ладони счастливого Владимира Викторовича лежал каменный наконечник стрелы, подтверждающий, что в этих местах издревле жили люди. И такие наконечники, по словам старожилов, находили здесь часто. Богата на артефакты наша земля.

Дальше путь лежал через районный центр Ононского района в сторону Онона.

На берегах седого Онона

Мелькали величественные деревья знаменитого Цасучейского соснового бора, виднелись насыпанные песчаные древние курганы, выдувы. Об этих местах сложено множество легенд. Нашему взору открылся Онон, который при встрече с Ингодой образует реку Шилку, а Шилка, встречающая с водами Аргуни, несёт уже воды реки Амур. Онон бушевал, все его истоки, недавно сухие, наполнились от затяжных дождей, и течение стремительно несло воды.

По мосту переехали на левый берег Онона, на котором виднелись плиточные могильники. Я рассказал спутникам про жертвенник на рукотворном утёсе, могиле пионервожатой, спасшей детей; о том, кто гостит на урочищах Большой и Малый Батор.

Вскоре показался бор Цирик, о нём тоже ходит много легенд. Нас ждало село Кункур Агинского округа, где предстояла встреча с земляком – Иваном Тарбаевым. В семье его сестры хранится военная фотография его дяди Батора Бурдяевича Тарбаева, по архивным документам Соловьёвского сельского совета, он 1914 года рождения. На фотографии есть надпись на старомонгольском языке, сделанная его рукой. Он писал письма с фронта своим товарищам. Ботор Тарбаев погиб, но память о нём живет в сердцах его потомков. Побеседовали с представительницей сельской администрации возле памятника защитникам Родины. Памятник необычный – в виде пяти лепестков.

Проехав расположенные на берегу седого Онона сёла, поторопились обустроить место ночлега в степи и приготовить ужин. Поужинав и выпив чаю с дымком у костра, вспомнили прошедший день, встречи с людьми, проанализировали полученные сведения об Удумкаевском карауле.

Проснулись рано, разогрели бухлёр и, выпив по кружке крепкого чая с молоком, отправились в дорогу. Переехав по мосту через Онон и обратно – по старой заросшей дороге, долго петляли по бору. Много грибов виднелось по обочинам; казалось, маслята большими шляпками приветствовали нас, а смиренные рыжики молча отдавали честь.

Проехали село Новая Заря. Дорога привела нас в Кулусутай. К вечеру мы вернулись в Борзю, а Ивану Георгиевичу Ивашкееву предстояло ехать до Соловьёвска.

Почти сразу после нашей удивительной поездки Владимир Рыбин беседовал с людьми, жившими на стоянках, где когда-то был Удумкаевский караул. И они поведали, что с того места видны и Кулусутай, и обо в Тэли, и монгольская сторона. На вершине холма есть большие камни, а на одном из склонов – старые могилы. Место караула найдено!

Нашли мы и архивный документ «Описание караулов и маяков на границе с китайскими владениями», учреждённый Буринским трактатом. Об интересующем нас карауле написано, что находился он на гребне «Обонту восточнее Прына, в степи на двух буграх», «поставлены караулы от Баликагирского рода тунгусов, в пяти юртах с засулом, под наблюдением зайсана Бирча, поселённых на реке Имам, близ пограничного знака Обонту».

Помогла нам и старинная карта, где ясно отмечено место под названием Удунь. Мы рады, что наши экскурсия принесла положительные результаты, и надеемся найти об этом карауле новые сведения.

За помощь в организации поездки по Ононскому району краеведы благодарят атамана станичного казачьего общества «Борзинская станица» Эдуарда Бизина

Михаил МАЛАХОВ, г. Борзя

0

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)