Земля прокормит

Из всех чудес этого дивного Божьего мира самым удивительным мне кажется то, что происходит с зерном, брошенным в землю.

Силия Такстер

«Моя прабабушка держала огород, у моей бабушки был огород и два картофельных поля, моя мама купила ещё два огорода у соседей, а теперь вот я стала хозяйкой этой земли», – улыбается тётя Нина. Я всегда преклонялся перед людьми, которые что-то умеют делать хорошо, потому как не так часто люди такие мне встречаются. Суметь не опустить руки, овладеть в совершенстве ремеслом, да ещё и приучить детей к труду. Наверное, в этом и есть какой-то особый смысл жизни – оставить после себя не долги, а результаты своего труда. Семья Бутыльских из посёлка Первомайский – истинное тому доказательство.

Будучи совсем маленьким пацаном, я ходил на озеро рыбачить и постоянно наблюдал одну и ту же картину в их дворе: ещё солнце не встало, едва-едва забрезжит рассвет, а там уже вовсю кипит жизнь. Старик выгоняет коз в поле из стайки, а сын его уже трактор прогревает. Стас, мой друг по рыбной ловле и самый юный член семьи Бутыльских, далеко не всегда мог составить мне компанию на то озеро. Работал наравне со взрослыми. Более того, его мне зачастую ставили в пример, хотя я тоже на огороде не сидел сложа руки. Много лет прошло с тех пор – уже нет того озера, потому как пересохло, да и я переехал далеко и навсегда. Умер старик Илья Бутыльский, вырос Стас, постарела тётя Нина, его мама. Сегодняшняя история – о земле, о труде, о настоящих людях.

Девяностые

Шестьдесят лет назад на склоне этой пологой сопки шумела берёзовая роща. Потом открылся Забайкальский горно-обогатительный комбинат, и сюда приехали семьи в поисках лучшей доли. Пришли люди с топорами да пилами в тот березняк, расчистили склон от деревьев и кустарников, выкорчевали пни, разметили участки, и образовался небольшой дачный кооператив. Выкопали озеро, бросили трубы – появился летний водопровод. Всё-таки умели раньше работать: за пару лет построить фактически деревню с водокачкой, с дорогами, подстанцией и озером. Земля здесь была чёрная, как смоль, а потому урожай был такой, что не сыщешь нигде в Забайкальском крае.

«Мой дед построил здесь домик, совсем крошечный, в одну комнату, развернуться было негде. Потом стал просить, чтобы я к нему внука погостить привозила, пока я в городе в техникуме училась. Я ему и говорю, мол, куда я тебе их привезу, если теснота такая. Дедушка намёк понял и за сезон отгрохал пятикомнатный засыпной дом с громадными окнами. Стас подрос немного, и стали его любимым местом на свете именно этот дом и дедово громадное хозяйство. Однажды Стас вызвался коз самостоятельно выгнать на луг, да силы не рассчитал, вот его и боднули в икру. Крови было море, в больницу поехали. Коз всё равно не боялся и со временем научился с ними ладить», – вспоминает Нина Ильинична.

«В 90-е годы мой муж потерял работу, я не могла никуда устроиться, да и дед был на пенсии. Огород только и кормил, да не просто кормил, но ещё и денег приносил. Помню, дома у нас осталось только полбулки хлеба и варенье. Коз не забивали, чтобы молоко было да сметана, поэтому мяса почти не видели. Поехали на рынок в Шилку, насобирали в погребе остатки из прошлогодних закруток – перцы, лечо, компот из ранеток. Продали всё и за час – люди тоже от нужды искали на рынках продукты подешевле. Я столько денег никогда не держала в руках. Всё потратили на еду, а потом на семейном собрании решили разрабатывать ещё один огород. Муж Алексей с дедом залили фундамент под громадную теплицу, дедушка работал на ПБС, поэтому стройматериалы у нас были. Потом ещё две теплицы построили. Если бы можно было время назад вернуть, я бы с этими теплицами не связывалась. Однажды, когда Стаса укусил клещ, и он с энцефалитом лежал в больнице, я вообще к огороду не подходила. Помидоры высадила на улице и забыла про них, а в теплицах картошку посадили. Так вот эти помидоры заросли по пояс бурьяном, их не поливали и тем более не удобряли. Когда я стала разгребать эти заросли, то оказалось, что там плодов видимо-невидимо. С заросшей большой грядки размерами десять на десять метров мы собрали шестьдесят вёдер помидоров. С тех пор только на улице и высаживала, и не церемонилась с ними», – разводит руками хозяйка большого дома.

300 банок

«Потом у меня родились двойняшки, и к огороду я больше не подходила. Спасибо моему мужу и моему Стасу, которые и мне успевали помогать и на огромном огороде. Более того, решили они пчёл взять по примеру соседей. Скопили денег и приобрели у знакомого пенсионера и шестнадцать ульев, и всё инструменты: дымари, медогонку, пачку вощины, кормушки и прочее. У деда был старенький ГАЗ с самодельным прицепом, который он сварил на работе. Так вот на нём они вывозили всё это дело на пасеку и там жили по очереди. Стас тоже там помогал. Не очень пасеку любил, так как скучно там, но и дома оставаться один не хотел. В первый сезон они привезли десять фляг мёда из разнотравия. Мы их продали и купили подержанные «Жигули». С тех пор пчёлы кормят нас летом, а мы их кормим зимой», – рассказывает тётя Нина.

Однажды на рынке к Алексею подошёл местный алкоголик и предложил купить у него десять форм для выпечки хлеба. Стало семейство осваивать новое дело. Первый хлеб получился как кирпич – тесто плохо поднялось. Твёрдая и тяжёлая буханка, тем не менее, оказалась вкуснее самого свежего магазинского хлеба. Потом производство наладилось. Соседи заходили каждый день – купить пару булок, а заодно козье молоко, сметаны, яиц и так далее. Подросли двойняшки Максим и Иван и тоже стали приучаться к домашнему хозяйству. Ездили всей компанией в лес на заготовку дров, собирали мох, чтобы баню новую построить. Зимой переезжали в квартиру в посёлок, но всё так же дружно ходили через лес с бидончиком сиропа кормить пчёл. Осенью же была жаркая пора для тёти Нины. «Помню, как закатала на зиму триста трёхлитровых банок малинового и смородинового варенья, и столько же литровых банок лечо. Три недели от плиты не отходила, а мужики только успевали овощи резать да мешки с сахаром таскать. Варю всегда только на газу, он жар лучше даёт, чем печь электрическая. Банки стерилизую сама на три круга, а консервирую в специальные закаточные дни по лунному календарю. Ни одной банки не взорвалось у меня», – с гордостью рассказывает хозяйка.

Ягода-малинка

Ребятишки втроём боролись с сорняками, разделив огород на участки. Для них не было хуже наказания, чем прополка, но не жаловались, так как понимали, что только на себя работают. Алексей на «Жигулях» таксовал в посёлке, а Нина на работу так и не пошла больше. Огород давал больше, да и дело было приятным, хоть и тяжёлым. Дед Илья уже старый был, а мальчишки подросли и помогали, не забывая и про себя. Все вместе бегали на рыбалку. У меня тогда была солидная телескопическая удочка, а у братьев Бутыльских только простые бамбуковые да поплавки из гусиных перьев. Тем не менее, они ловили столько, сколько мне и не снилось. Я, бывало, изловлю пять карасей и этому рад, а они втроём целое ведро надёргают. Была у меня своего рода зависть к тому, как к ним относились родители. Если со мной до сих пор церемонились, укладывали спать вовремя, загоняли домой вечерами, то Бутыльские могли костёр жечь до глубокой ночи на озере, даже могли рвануть на рыбалку пешком на далёкий Онон. Я об этом только мечтать мог. Тётя Нина смеётся: «Им было условие поставлено: поступайте, так, как считаете нужным, но чтобы дело было сделано». Оправдывая такое доверие, они приходили с озера, умывались и падали спать, а рано утром принимались за работу.

В огороде у них росли такие фрукты и ягоды, которых не было ни у кого из соседей. Громадные сливовые деревья. Не кусты, а именно деревья, на которых летом было столько слив, что ветвей не было видно. Ещё были ирга и черноплодная рябина – вкуснейшие ягоды. Более того, освоили они выращивание ежевики и садовой земляники. Кстати, о землянике. Пошёл я однажды с братьями Бутыльскими в лес за этой ягодой. Нашли полянку и стали собирать. Помню, я весь изнылся, спина болела, складывал землянику больше в рот, нежели в банку. К обеду собрались все вместе – у меня ягоды едва дно закрывали, а у них у каждого под горлышко, даже крышка не закрывалась. Усидчивые и трудолюбивые были эти ребята.

Сейчас Стас уже давно вырос, но так и не женился и продолжает жить на даче вместе с родителями. Бросили они пчеловодство, но зато завели коров. Иван и Максим выучились в университете и разъехались по стране. Максим работает геологом в Якутии на солидной должности. Приезжал ко мне в гости полгода назад. Трудится главным инженером на алмазодобывающем заводе. До утра просидели в бильярдной, вспоминая далёкое детство. Иван поначалу спутался с плохими людьми и получил судимость за мелкое хулиганство, но взял себя в руки и выучился на стоматолога, а потом вместе со своей семьёй уехал на Сахалин. Тётя Нина, её муж дядя Лёша и Стас по-прежнему живут подсобным хозяйством.
* * *
Каждый человек – дитя своего времени. Любой труд радует своими результатами или же процессом. Мне нравилось и то, и другое. Семейство Бутыльских также видело в физическом труде свои смыслы и приучило к этому своих детей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)