Жизнь для правды

21 июля исполнилось 90 лет почётному гражданину Читинской области, ветерану органов госбезопасности, краеведу Алексею Владимировичу СОЛОВЬЁВУ.

Окончание. Начало в №29.

Наш БАМ

Нападки на историю давно стали обыденностью, но участники событий всеми силами противостоят попыткам очернить прошлое великой страны.

«Недавно я вдруг услышал, что, дескать, объявили комсомольцы БАМ Всесоюзной ударной комсомольской стройкой, а пока они пели песни, дорогу строили заключённые и военные, – возмущён Алексей Владимирович. – Ни одного заключённого в тот период времени, а речь идёт о 1974 годе, на БАМе не было. Другое дело, когда начинали проработку строительства магистрали в 1930-х годах, тогда был даже БАМлаг, который построил часть дороги. Когда началась война, всё это свернули. А на комсомольско-молодёжной стройке уже ни одного заключённого не было. БАМ строили комсомольцы».

Гордость Советского Союза не давала покоя и в те времена. В 1976 году в ЦК КПСС стали поступать провокационные сообщения, в том числе из-за рубежа, что на БАМе царят хулиганство и пьянство. Чтобы разобраться, была создана специальная группа из членов ЦК, в неё включили и сотрудников КГБ с мест.

«Мы-то знали оперативную работу и понимали, что это информация не соответствует действительности, но были вроде как виновные, потому что работники ЦК посчитали, что на самом деле на стройке творятся безобразия, а мы подаём ложную информацию, – вспоминает Алексей Владимирович. – Прилетели в Благовещенск, оттуда перелетели в Тынду, где располагалось руководство БАМстроя, потом непосредственно на стройку… Летели несколькими вертолётами. Смотрят – бригада работает, говорят: «Садитесь здесь». Пилот садится, идём к бригаде, спрашиваем, как да что. «Всё хорошо, работаем!»

Долетаем до временного жилья. Тогда параллельно строилось постоянное, но и временные дома стояли, причём не бараки, а нормальное жильё. Отряд из Грузии. Свободные от работ ребята делают мозаику из яичной скорлупы, украшают потолки. Работники ЦК спрашивают: «Как вас кормят?» Те провели нас на кухню, там грузинские блюда. «А хулиганство есть?» – «Да какое хулиганство?! – отвечают. – У нас один начал лениться, мы собрали комсомольское собрание, сказали: «Отправим тебя обратно», так он на колени встал. Меня, говорит, родители из Грузии выгонят!»

И действительно, такое отношение было в те годы к строителям БАМа, ведь отбирали самых лучших ребят.

Так пролетели мы по всей трассе и убедились, что это зарубежная пропаганда не дремлет, а наши ребята – герои!»

Дело совести

Когда он был секретарём горкома комсомола (1958–1961), в Читу стали возвращаться люди, которые были репрессированы и реабилитированы, бывшие комсомольские работники. Мама их знала, приглашала к себе. Вот вернулся Александр Матвеевич Евтихиев – один из первых комсомольцев Читы. В тюрьмах, колымских лагерях и ссылке он провёл 17 лет. Перед арестом в июне 1937 года возглавлял исполком Читинского горсовета, при нём начали строить школы, водопроводы, жильё…

«Это человек, преданный партии, одну их трёх своих дочерей он назвал Сталина, – вспоминает Алексей Владимирович. – Я общался с этими людьми и думал, что обязательно должен сохранить память о них».

Такая возможность появилась с перестройкой. В 1988 году в Чите – в числе первых в стране! – был создан Комитет памяти жертв политических репрессий, и его работа велась во многом благодаря Алексею Владимировичу. Будучи заместителем начальника областного Управления КГБ, он поддержал известного в Забайкалье Виктора Курочкина, в «Комсомольце Забайкалья» начали печатать фамилии репрессированных, что стало основой Книги памяти, над которой в составе группы авторов Алексей Владимирович работал на протяжении 12 лет и до сих пор занимается этой темой.

«Летом 1991 года близ Читы, под Смоленкой, были найдены места захоронений расстрелянных и умерших в тюрьмах, и вместе с Виктором Васильевичем (Курочкиным. – Прим. авт.) мы добивались в течение 30 лет, чтобы на это обратили внимание, выделили деньги на устройство мемориала, – рассказывает Алексей Владимирович. – В прошлом году краевая администрация – спасибо губернатору, его заместителю и начальнику Забайкальской железной дороги – выделила деньги, начали строительство памятных стен. В течение двух недель я работал над уточнением фамилий в нашей архивной базе, особенно искажены китайские и бурятские фамилии: люди плохо говорили по-русски, да и записывали как попало… Около 17 тысяч фамилий я посмотрел, поправил, осталось в списке 16723 человека. На днях закончил, но сейчас надо ещё раз на свежую голову всё проверить.

Я считаю, что это дело моей совести».

Воинская слава

«С переходом края в Дальневосточный федеральный округ появился некий просвет, забрезжила надежда на то, у региона есть перспектива и развитие, но это пока только наша надежда, – говорит Алексей Владимирович. – Мне непонятно, почему центральные власти Забайкальский край держат, по существу, на задворках, и отношение такое, как в 1931–1932 году? Тогда, в первой пятилетке, у нас должны были построить паровозостроительный завод, авиационный завод… А когда в декабре 1931 года японцы вышли на границы, в срочном порядке строительство паровозостроительного завода передали в Улан-Удэ, авиационный завод построили в Улан-Удэ, мясокомбинат современный построили в Улан-Удэ. И в 1940 году мы в 2,5 раза отставали от промышленности Улан-Удэ, потому что вкладывать деньги в территорию, которую могли захватить японцы, – они и собирались это сделать – было, как сейчас говорят, нецелесообразно.

И теперь получается, как запланировали чиновники нас по остаточному принципу содержать, так оно и пошло? Почему, например, не дали Чите звание «Город воинской славы»? В 2007 году мы встречались с Иосифом Давыдовичем Кобзоном, передали все материалы, он разговаривал с президентом, президент сказал: «Хорошо, мы рассмотрим», но в администрации президента, видимо, не знают истории. Они вынесли заключение, что нельзя нашему городу присвоить это звание, потому что на территории Читы не было боёв. А на территории Читы были бои! У нас в районе МЖК были похоронены партизаны, которые наступали в апреле 1920 года, их японцы расстреляли там. То есть война шла на нашей территории».

Секрет молодости

Секрет молодости, по признанию Алексея Владимировича, в его постоянной занятости. Вот говорят порой пенсионеры, мол, делать нечего, с утра маюсь, а у него на работу времени не хватало и до сих пор не хватает!

Уйдя в 1991 году в отставку, вступил в Союз журналистов. Написал более ста очерков по истории органов госбезопасности. В 1995 году свет увидела книга «Мы службу несём в Забайкалье». В 2002 году в московском издательстве «Русь» вышли «Тревожные будни забайкальской контрразведки», книга была переиздана в 2019-м. В 2008 году появилась его книга «На защите Отечества» (история забайкальских органов безопасности с 1918 по 2007 годы).

Почти 15 лет он работал в проекте «Энциклопедия Забайкалья», является членом редколлегии журнала «Хронограф». В феврале 2016 года избран почётным членом Академии военных наук Российской Федерации.

«Человек живёт для того, чтобы продлять свой род, чтобы охранять свою страну, чтобы она была мощная и независимая, – делится своими главными жизненными целями Алексей Владимирович. – Верю в то, что обстановка будет лучше. Жду. Это и помогает мне жить».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)