Нет дороги – сиди дома

В сёлах Старый Дурулгуй и Новый Дурулгуй я была чуть больше десяти лет назад. Хоть уже предостаточно сёл повидала, да и времени прошло немало, воспоминания у меня и сегодня самые острые. Не было в Старом Дурулгуе ни школы, ни детского сада, ни больницы, ни аптеки, ни администрации… Одна изба-четырёхстенок с несуразным щитом вместо вывески, на котором масляной краской были выведены три буквы – СДД. Означало это «сельский дом досуга», по-простому «клуб».

В Новом Дурулгуе было поживее – там и администрация располагалась, и магазин, но так мне запомнилась та общая, какая-то малопросветная обстановка в поселении, что «СДД» для меня – символ разрушенной забайкальской деревни, который всегда вспоминаю, когда речь идёт о проблемах села.

И вот – привет из прошлого.

Сельский детектив

Владимир Поздняков побывал в селе Нижний Цасучей Ононского района, где на площадке Даурского заповедника состоялось заседание в формате круглого стола на тему «Торейские озёра: чем грозит строительство плотины на реке Ульдза». Мы рассказывали об этом в №14. Но в районе далеко не одна проблема.

«В Новом Дурулгуе очень старая машина скорой помощи, – рассказала первый секретарь местного отделения КПРФ Светлана Петровская. – В сентябре прошлого года приезжала к нам депутат Законодательного собрания края Светлана Скубьева, мы с ней выезжали в село. Жители собирали подписи, чтобы власть обратила внимание на больницу, которая обслуживает шесть сёл – Куранжа, Халтуй, Старый Дурулгуй и Новый Дурулгуй, и даже из Большевика и Усть-Лиски туда приезжают люди. Там сейчас остался один фельдшер, и проблема эта никак не решается. Поэтому на скорой помощи люди едут до Цасучея, машина очень старая, все выхлопные газы вовнутрь идут. Но документы на эту машину действительности не соответствуют, там год выпуска указан другой, поновее, а на самом деле она старенькая. Мы заезжали на дом к водителю, заходили в гараж, запчасти он сам покупает, сам меняет колёса, делает всё, чтобы хоть как-то машина ездила, чтобы была у него работа. Перед поездкой в село мы обращались в нашу центральную районную больницу, к главному врачу, он сказал, что там вообще проблем никаких нет, но мы поехали и убедились, что проблема есть».

Вот такая, почти детективная история произошла в Новом Дурулгуе. Депутат регионального парламента Светлана Скубьева подготовила и направила несколько запросов, но ответов, как сообщила Светлана Петровская, жители пока не получали.

Не 200, а 2500

«Там ещё одна проблема была, – продолжает, между тем, Светлана Петровская, – и люди тоже собирали подписи, чтобы им вернули автобусное сообщение. Автобус шёл из Читы до Куранжи, это крайнее село на границе с Акшинским районом. Он ходил каждый день, и люди могли за 200 рублей оттуда приехать. Сейчас они нанимают машину, и чтобы доехать из Дурулгуя в Нижний Цасучей машина стоит две с половиной тысячи. А люди в сёлах живут практически на одну пенсию».

Вообще же, в Новом Дурулгуе живут очень неравнодушные люди. Есть одна активистка, женщина пробивная, старше 60 лет, но человек так переживает за родное село, что поднимает людей, стучит во все колокола и многого добивается. Но иногда и у неё руки тоже опускаются, один в поле не воин.

Выслушав Светлану Владимировну, депутат Госдумы Владимир Поздняков попросил составить обращение на его имя, чтобы разобраться с мошеннической схемой вокруг машины скорой медицинской помощи и транспортных проблем сёл Новый Дурулгуй и Старый Дурулгуй. Он заметил, что первым этапом его действий станет обращение к губернатору Забайкальского края: «Многие полномочия в стране переданы в регионы, если руководитель региона не может решить ту или иную проблему, тогда я помогаю уже через федеральные возможности – либо через министерство финансов, чтоб дополнительно выделили средства целевым направлением, либо через министерство транспорта, либо через министерство здравоохранения, чтобы ведомство выделило машину скорой помощи. Но эти обращения я буду направлять после ответа губернатора. Если сразу обратиться в правительство страны, они документы спустят сюда, на регион. А нужно показать, что мы эту дорожку уже прошли».

Некорректно

Чуть позже положение дел в местном здравоохранении пояснила глава Ононского района Ольга Бородина. Судя по всему, ситуация эта типична для всех маленьких сёл Забайкальского края.

«В Новом Дурулгуе у нас открыта сельская врачебная амбулатория, – говорит Ольга Афанасьевна. – В своё время там была участковая больница, но есть постановление Минздрава, что участковая больница должна обслуживать 20 тысяч человек, а у нас даже ЦРБ под это условие не подходит. И в своё время мы участковую больницу перевели в амбулаторию. Во-первых, там уже не хватает врачей, и населения по нормативу недостаточно. С другой стороны, переводить социальную сферу только на нормативы, на мой взгляд, мягко говоря, некорректно. Почему мы, живя в глубинке, должны получать услугу в урезанном варианте? Нас это коробит. Как только мы начинаем убирать социальную услугу, даже если речь идёт о ФАПе, население начинает уезжать. Это прямая зависимость. Пусть меньше ста человек живёт, например, но это всё равно село! Они также болеют, и несчастные случаи происходят, а нам предлагают домохозяйство сделать? А что сможет человек, совершенно не обладающий медицинским образованием, без оборудования? Он должен позвонить по телефону, ждать, пока рядом умирает человек, пока за 100 км не приедет скорая?»

«Действительно, необходимо изменить социальные нормативы для таких регионов, как Забайкальский край, с учётом больших территорий и малой заселённости», – согласился Владимир Поздняков. Он считает, что в этом должна быть инициатива и самого региона: «Есть заксобрание Забайкальского края, которое должно знать прекрасно особенности своей территории, и оно имеет право законодательной инициативы, а в своём постановлении депутаты могут дать поручение депутату Государственной Думы от региона, тогда дело пойдёт быстрее», – подчеркнул он.

Изменить нормативы, чтобы в каждом селе, к примеру, была нормальная медицинская помощь, – это очень хорошо. Но не потеряно ли время? Можно ли вернуть людей, в первую очередь, молодого возраста и квалифицированных специалистов, в село? Вот в чём вопрос, и глава Ононского района понимает, что в тревогах своих она не одинока: «Дело в том, что выпускники учебных заведений – средних, высших – даже за два миллиона уже в село не едут, – отмечает она. – И не потому, что, как некоторые говорят: «У вас неразвитая социальная инфраструктура, нам некуда ходить», они и в Чите не ходят в драмтеатры… Не в этом проблема. Может быть, это связано с жильём, что оно у нас неблагоустроенное, но я думаю, всё-таки жильё неблагоустроенное вряд ли сильно пугает. Просто глобальная урбанизация. Молодёжь не едет, пугает срок в 5 лет. И не знаю, чем заманивать…».

Приграничье

В Ононском районе сегодня числится 9320 жителей. Впрочем, статистике не особо доверяют, делают скидку на то, что в последние годы происходит существенный отток населения, в первую очередь, молодых.

А проблем хватает. Это, в частности, угроза, нависшая над территорией. По сообщению экологов, в приграничной Монголии начато строительство плотины на р. Ульдза, которая в перспективе лишит эти земли воды. Тревогу бьёт Даурский заповедник, не могут остаться к ней равнодушными и местные жители.

«Для нас небезразлично, что происходит на сопредельной территории, – отмечает Ольга Афанасьевна. – Мы осуществляем хозяйственную деятельность, которая полностью зависит от водного цикла. Ононский район степной, сухо-степной, мы находимся вдалеке от федеральных трасс, у нас нет железной дороги, люди привыкли заниматься традиционно сложившимся сельским хозяйством, никаких других отраслей промышленности никогда на территории района не было. И занимаемся мы только скотоводством, потому что растениеводство очень невыгодно – последние 20 лет такая засуха, что всё засыхает на корню. Хотя в советское время кукурузу выращивали, зерно, но урожаи были небольшие, валовый сбор был очень низким. Поэтому единственное, чем мы славимся, – это качественное «мраморное» мясо. Разводим калмыцкую породу скота, завозили галловеев, казахскую белоголовую».

Но заниматься скотоводством жителям Ононского района тоже весьма непросто.

Из-за случаев ящура здесь продолжает действовать запрет на вывоз из района непереработанного мяса – введена регионализация. Люди мужественно ждут, когда пройдёт отведённый законодательством срок, но уже ощутимо потеряли в доходах, потому что Ононский район – один из самых «мясных» в регионе. Краевые власти работают над тем, чтобы подготовить заявку в Международное эпизоотическое бюро, но ещё два года территория должна оставаться «чистой». Все понимают причины ситуации, но людям всё равно тяжело.

«Каждый глава этот вопрос ставит, мы отвечаем, что мы работаем с правительством, чтобы люди знали, что они не брошены в этой проблеме», – говорит Ольга Бородина.

Восемнадцать лет «с перерывом» работает она в администрации Ононского района. Начинала специалистом, была главным бухгалтером, заместителем главы. И работа, и территория ей вполне знакомы. А потому вместе с людьми она, конечно же, надеется на лучшее. О чём и сообщила на встрече с федеральным депутатом.

Владимир Георгиевич пообещал селянам поддержку в пределах своих возможностей и попросил обязательно заявлять о том, что происходит. «Там, где молчат, значит, всё устраивает, или терпят. А если терпение кончилось, то нужно действовать, нужно стучаться, нужно давать запросы: нас не устраивает!» – заметил он.

Пока верстался номер

Светлана СКУБЬЕВА, депутат Законодательного собрания Забайкальского края:

– С 2017 года существовала проблема с машиной скорой помощи при врачебной амбулатории с. Новый Дурулгуй. Жители совместно с депутатами Новодурулгуйского поселения обращались в Министерство здравоохранения Забайкальского края, но это не дало никаких результатов. Ответ был получен, что проведён капитальный ремонт, выделены необходимые запасные части, и автотранспорт находится в технически исправном состоянии. Однако, со слов местных жителей, а также медицинских работников, транспорт находился в неудовлетворительном состоянии, на нём невозможно вовремя и в надлежащих условиях оказывать медицинскую помощь пациентам. Данная проблема на сегодняшний день решена.

Острой остаётся проблема транспортной доступности. Нет транспортного сообщения по маршруту №524, который обслуживал несколько сельских поселений (Чита – Нижний Цасучей – Кубухай – Большевик – Усть-Лиска – Новый Дурулгуй – Старый Дурулгуй – Халтуй – Куранжа). У жителей нет возможности добраться до районного центра. Дорога в очень плохом состоянии, в связи с этим местные предприниматели отказываются обеспечивать пассажирские перевозки.

0

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)