Ночной костёр от той, что не отступит

«Галина Сергеевна, спасибо Вам за то, что научили нас запрягать лошадей и управляться с упряжью. Я служу на заставе, за хлебом и продуктами ездим в деревню, а никто из моих сослуживцев не умеет это делать. Так что получаю за труд то шоколадку, то сигареты», – прочитала она как-то в одном из писем от студента, многие из которых просто могли бы не получить диплом выпускника Нерчинского аграрного техникума по простой причине: не было желания учиться, не дорос детский умишко до нужной «высоты». А она билась, чтобы закончили, уговаривала, убеждала, поддерживала, «отводила» сорвиголов от милиции и подкармливала соленьями со своего огорода, лишь бы доучились.

Как-то в очередной командировке по набору студентов в одном из сёл увидела картину: кровати с железными спинками, деревянные лавки и девчонка, что окончила 11 классов, и никаких перспектив: не на что учить дальше. Убедила отца, забрали дочку, та получила в Нерчинске специальность правоведа, а потом Галина Сергеевна Макарова встретила в Чите уже не растерянную девчонку, а следователя. Радость и счастье. Она и сейчас уверена, что всё делали правильно: ездили и вывозили из глухих сёл ребятишек, чтобы те взяли в техникуме свой жизненный старт.

Только по чистой дороге

Мы знакомы давно, и, встречаясь 6 августа, ничуть не удивилась, застав её в 72 года не в праздном сидении у телевизора, а за привычным сезонным занятием: маленькие руки сноровисто чистили в тазу пахучие грузди, а в кастрюле уже остывали отваренные подосиновики. «Со вторника каждый день с Таней Владимировой и Адой ходим в рощу, грибы нынче в осиннике. Мы и зимой туда каждое утро ходим, чего дома засиживаться? По пути мусор в мешки собираем, негоже по грязной дороге в лес ходить, там тоже мусора хватает – убираем, а потом везде звоним и просим: приезжайте, увезите. Возле дома грязь терпеть тоже не можем, убираем, это молодёжь сложно на такое дело подвинуть, обычно отвечают: «Мы управляющей компании платим, вот пусть и убирают». Вот такое привычное пенсионное волонтёрство. Просто хотят по чистой дороге приходить в чистый лес.

В бесхитростном рассказе вся её деятельная и неравнодушная натура, что до сих пор не терпит остановки. Требовательная к себе, но и другим не дающая спуску – такой её помнят многие, кто когда-то учился в Нерчинском аграрном техникуме. «Пропесочит» без церемоний, но и поддержит, если видит старание и трудолюбие.

«Моя мама вообще не может долго спать, она всегда встаёт рано, это и мне передалось. Она не может сидеть на месте, ей всё время надо куда-то бежать, что-то делать. Она не может без природы. У неё с подругами есть традиция – встречать Новый год в лесу. Они там разводят костёр, готовят пельмешки. Как-то я приехала домой на Новый год и пошла с ними, но праздник для меня не удался. Замёрзла. Так что до маминого энтузиазма и энергичности мне далеко», – слышу от дочки Екатерины.

От крепкого корня

Откуда она такая? Маленький домик в селе Усть-Курлыч Сретенского района, семеро ребятишек, одна кровать и дружное семейство, что спать укладывалось на полу. Трое довоенных – Вера, Юра, Лида и четверо, что родились после войны, – Валя, Галя, Оля, Вова. Папа-фронтовик, вернувшийся в 1944 году инвалидом первой группы. Это сейчас Сергей Данилович жил бы на пособие, а тогда сразу с фронта пошёл работать чабаном и конюхом без скидок на ранения – не было в послевоенной стране возможности жалеть. Мама Евдокия Ивановна всю войну на лошадях возила дрова и как могла берегла ребятишек. До сих пор в памяти Галины Сергеевны мамины воспоминания о начале войны. Тогда все мужики были за Шилкой на сенокосе, оттуда их и забрали, без прощаний и слёз. Матери и жёны собрали узелки передач и бежали к поезду в надежде увидеться. Не пришлось. Не затормозил тот состав. Евдокия Ивановна вспоминала, что ушло из села человек 60, а вернулось всего 15. «Мама всех помнила, жалею я сейчас, что ничего не записала, да не воротишь. Мама прожила 89 лет, до последнего держала корову и хозяйство, только за два года до кончины отказалась. Ходила с ночевой за ягодой и всегда понимала животину. Как-то рассказывала: поднимается за ягодой в гору от Шилки, а коровы её провожают, следят, поднялась ли хозяйка. Вот оно, то поколение, куда нам до них», – произносит она уже не один раз слышанное.

Смажьте ноги вазелином

Миниатюрная голубоглазая девчушка, настоящая «дюймовочка», своё первое трудовое крещение после окончания Нерчинского аграрного техникума прошла в селе Адом Сретенского района. 1968 год, колхоз «Дружба», на попечении ветеринарного фельдшера 200 голов крупного рогатого скота, 70 голов лошадей и пять отар – три маточных и две молодняковых. А воспоминания? Они только светлые, с улыбкой и теплом в глазах.

«До сих пор вспоминаю, какой в Адоме народ приветливый. Мы-то приехали совсем молоденькие, хлеб тогда в магазин не возили, так они нам хлеба принесут, сметаны, скотинку заколят – мясо обязательно. Мы к людям с уважением, всех чабанов по имени-отчеству знали, и они к нам так же. Вечером иду с фермы, а мне от ворот: «Заходи, Сергеевна, моя сегодня квашню стряпала, почаюем, поговорим». А мы день и ночь работали, никому не отказывали, потом уже и за врача пришлось работать, уколы деду Муконину ставила, ребятишек в больницу возила. А какие у нас доярки были красавицы! Я всё Цыплёнкиных вспоминаю с румянцем во всю щёку, 10 девчонок и одиннадцатый парень», – вспоминает Галина Сергеевна.

Заслужить уважение в селе – дело непростое. Тут лентяев да гордецов не приветствуют. Она ломила работу наравне с доярками: после утренней дойки шла на сенокос, научилась и хлеб стряпать, и «транспортом» ветеринарного фельдшера овладела. Первый поход в седле за 16 километров до Кулана стал большим уроком. Тогда она отправилась на очередной забор крови и добралась, стерев ноги. Не жаловалась, сразу за дело. «Ничего, один раз ноги вазелином помажете – научитесь в седле держаться», – говорила она потом новичкам.

Мамины «памятки»

Но, слушая житейские воспоминания про поколение, до которого ей далеко, совсем не хотелось соглашаться, хотелось сказать – достойная дочь своих родителей. Своё родовое место – Усть-Курлыч – она никогда не забывала: «В июле была, 10 могил прибрала, там только старшая Вера осталась с дочкой. Вере 85 лет, всю жизнь телятницей отработала, награды имеет, ослепла сейчас, домишко разваливается, дочка тоже больна. Обидно, что соцслужбы не навещают совсем. Мы к Кокуйскому поселению относимся, стоит ещё моя деревенька, остались библиотека и начальная школа».

Маленькая Галя была папиной дочкой, всегда рядом, под рукой, так что удивить ветеринарного фельдшера в Адоме было нечему. Усть-Курлыч в годы её детства был учебным хозяйством Нерчинского аграрного техникума, и для ребятишек всегда была работа: собирать лук, поливать капусту, помогать на сенокосе. Так за лето зарабатывали себе на школьную форму. «В нашем маленьком домике частенько жили студенты. Мама любила людей, при такой семье последнее на стол выставит», – вспоминает Галина Сергеевна.

Эти мамины «памятки» осели в ней навсегда. Квартира преподавателя Галины Сергеевны Макаровой в студгородке принимала всех: тут жили племянники, сюда на ночлег просились незнакомые люди из села, понаслышке знающие о ней. Всё несложно, когда позади маленький родительский домик и семеро ребятишек на полу. Не мёрзли и не болели. «Мы с четвёртого класса учились в интернате в Усть-Наринзоре, по 50 человек в комнате жили. Утром, бывало, за умывальник подерёмся. Не понимаю я, как можно людей не принять», – итожит моя героиня, занятая заготовками. Уже много лет без всяких сожалений соленья и варенья идут на «подкормку» сельских ребятишек, что живут в общежитии техникума.

Ночной костёр

Работа, работа, работа… «Что про нас писать, если мы только работу и знали», – слышу от моей героини. А на фотографии в газете Санкт-Петербургской медакадемии дочка-красавица с саксофоном с руках. Мамина гордость. Лингвист-переводчик, кандидат филологических наук, преподаватель двух вузов в Питере. Учит иностранцев русскому языку, переводит с английского на китайский. Трудяга из трудяг, как и мама.

Мама считает, что Екатерина самая талантливая в певучей и музыкальной семье. «У меня мама, папа, сёстры – все пели, папа играл на балалайке и гармошке. Я где бы ни работала, всегда в концертах пою, в техникуме мы на фермах выступали и в сёлах, без песни не обходилось. А у Кати меццо-сопрано, думаю, она могла бы вокалом заняться серьёзно, правда, институт культуры после иняза она окончила по специальности «Менеджмент». Диплом пригодился при первом трудоустройстве в Санкт-Петербурге», – рассказывает Галина Сергеевна. Она растила дочку одна, рано потеряв мужа. Замуж второй раз не захотела.

«У мамы очень сильный характер и много энергии, её жизнелюбие меня поражает. Беременная мной, она ходила с отцом на охоту, а он ушёл по следу и немного заплутал. Она всю ночь поддерживала костёр и ждала папу. Когда он умер, ей пришлось много работать, и со мной переводились все её студенты. В общежитии меня все знали в лицо. Потом пришло время, когда в аудитории под маминым письменным столом я рисовала картинки. Что удивительно, лет 10 назад, в очередной приезд, я забралась в этот стол на маминой работе и обнаружила свои рисунки. Всё это время она их хранила», – слушаю голосовое сообщение от дочки. Голос дрожит, и Катя говорит, что не может припомнить случая, чтобы её маленькая и внешне хрупкая мама, которая всегда со всеми проблемами разбиралась сама, плакала.

«Эта не попустится»

Свою преподавательскую деятельность Галина Сергеевна оставила два года назад, в 70 лет. 50 лет трудового стажа позади, из них 40 – в Нерчинском аграрном техникуме в должности преподавателя, завуча, заведующей отделением, заведующей практикой. На седьмом десятке, когда довелось вести новые дисциплины по специальности «Кинология», заслуженный работник образования Читинской области и когда-то главный зоотехник в управлении сельского хозяйства Сретенского района в летнем отпуске… добросовестно писал конспекты. А как по-другому, ведь ей выходить к студентам, а выполнять свою работу плохо она просто не умеет.

В 2020 году Нерчинский аграрный техникум отмечает 80-летие. Она пришла сюда, когда учреждение ещё имело статус совхоза-техникума, в качестве зоотехника. Помнят ли в Верхних Ключах, как молодой зоотехник собственным примером подвиг коллектив фермы на доброе дело? Тогда стояла задача повысить надои, и она предложила дояркам делать запарку из комбикорма. Те отказались: без этого работы по горло. Она поступила просто – взяла вёдра и вместе с заведующим фермой Сергеем Нестеровичем Щербаковым начала их носить. Смотрели женщины, смотрели, а потом не выдержали: «Нет, девки, берите вёдра, эта не попустится». А потом и надои пошли.

Работа, дочка, грамоты, награды, дипломы, друзья и подруга на всю жизнь – Ада Александровна Лукашенко, вместе с которой больше полувека назад приехали поступать в техникум. «В нашем преподавательском доме мы давно все как родные, все знают, кто куда уехал, или к кому скорая. К Кате съездила, есть что в Питере посмотреть, теперь вот её в гости жду, жаль, отпуск нынче небольшой», – слушаю ответ на вопрос о переезде поближе к дочке. О чём жалеть, если в её картине жизни всё «сошлось»? Да и вряд ли найдётся человек, который бы услышал от неё жалобы. Не такая она натура.

0

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)