Заслужить доверие людей

По инициативе администрации Борзинского района подготовлены документы для присвоения звания «Заслуженный работник сельского хозяйства Забайкальского края» бывшему начальнику отдела АПК районного комитета экономического развития Михаилу НИМАЕВУ.

Чабанский сын

О том, что Михаил Мункуевич вдруг с этой должности уйдёт, да ещё так рано – едва отметив своё 60-летие, – наверное, никто и не думал. Тихий, скромный, внешне неяркий. Но как только дело касалось хозяйств и фермеров его, Борзинского района, совершенно меняющийся, искренне радующийся и переживающий за каждого, заговорщицки намекающий нам, журналистам, что надо бы, надо бы рассказать людям об этом человеке или трудовом коллективе… Мягко настаивающий – «обязательно надо», потому что это – моральная поддержка для сельских тружеников.

Вся жизнь Михаила Мункуевича прошла в родных местах, из района он уезжал дважды – служить в армии и учиться в институте.

Папа и мама были чабанами, кочевали по степи, жили в юртах. Они и похоронены на земле Цаган-Олуя, где родился Миша. В семье он был третьим из пяти детей.

До школы воспитанием мальчика в основном занималась старая бабушка, отцова тётка, родителям в те годы с детьми возиться было некогда. Бабушка уделяла Мише много времени, и одно из самых ранних его воспоминаний – как они вдвоём выпасают сакман: голов 15 ягнят, столько же маток, и они с бабушкой идут следом, под ручку.

«Родился в юрте, очнулся на коне», – рассказывает о себе Михаил Мункуевич.

«Цивилизация пришла», когда ему было 6 лет, тогда он впервые увидел вагончик, который притащили в степь. Впрочем, бабушка, привыкшая к свободной, кочевой, традиционной бурятской жизни, это нововведение не приняла и жить по-новому не захотела, поэтому рядом с вагончиком по-прежнему стояла их юрта, где она размещалась с любимым внуком.

Как все чабанские дети, Миша вырос в интернате. Он в Цаган-Олуе был большим. О какой-то особой профессии в детстве мальчик не мечтал, да и не понимал особо ничего другого, кроме сельского хозяйства, любил гладить ягнят, гонять телят, иногда с мамой доил коров.

Сначала учился хорошо, а потом, видимо, переходный возраст наступил – стал хулиганом и прогульщиком. «Вот напишете про меня, а учителя вспомнят, что я был чемпионом по пропускам, – смеётся Михаил Мункуевич. – Но я благодарен учителям: они из нас людей сделали. Вот сегодня говорят, что ребёнка надо защищать, а директор школы, наш дорогой Борис Иванович, даже иногда хулиганов похрястывал – и ничего, на пользу пошло! Борис Иванович Большаков, Мария Михайловна Бородина, Екатерина Ивановна – это мои учителя… А школу я окончил так, что была только одна четвёрка. По физкультуре, – привыкшая говорить с отличниками, которые потом и добиваются успехов в жизни, я только успеваю подивиться и хочу спросить, когда же школьный хулиган успел подтянуться и взяться за ум, но не успеваю, потому что Михаил Мункуевич заканчивает мысль: – Одна четвёрка, остальные тройки!»

Смеёмся вместе.

Председатель

После 10-го класса, как и положено, он ушёл отдавать долг Родине. Отслужив срочную, вернулся в родное село. Бывший директор школы, тот самый Борис Иванович, стал в тот год председателем цаган-олуйского колхоза, который назывался «Забайкалец». Педагог и воспитатель, собрал он сразу по приезду четырёх сельских дембелей, каждому определил работу и дальнейший путь. Одному сказал: «Вон стоит водовозка, отремонтируешь, будешь работать на ней», второму сказал: «Ты, Лёня, на бульдозер сядешь», а Михаилу дал такое задание: «Поработай у отца на сакмане, а на будущий год поедешь учиться».

И действительно, на следующий год по направлению от колхоза, пусть и с троечным аттестатом, парень поехал в Улан-Удэ и стал студентом Бурятского сельскохозяйственного института. Учился очно, жил в общежитии.

Студенческие годы тоже, как и положено, были веселы. Однажды их даже выгнали из общежития – был случай…

– Когда же вы остепенились? – задаю давно заготовленный вопрос.

– Да я и сейчас нестепенный! – прищуривается Михаил Мункуевич.

Так или иначе, но его диплом зоотехника-зооинженера получился «почти красным». Чабанский сын показал себя так, что получил предложение остаться работать ассистентом на кафедре зоологии и зоогигиены, но будучи колхозным стипендиатом, он обязан был вернуться домой.

Так и сделал. Два года проработал в «Забайкальце», потом решил поменять жизнь. Далеко уехать не получилось – вмешался горком партии. Отпускать из района было не в традициях того времени, поэтому молодому специалисту рекомендовали два хозяйства – в Биликтуе и в Соловьёвске. Ничего про них не зная, лишь примерное географическое положение, комсомолец поехал в Биликтуй. Сначала работал главным зоотехником, потом главным экономистом, а через два года, в свои 29 лет, стал председателем колхоза «Страна советов», кандидатом в члены партии.

Отработал председателем всего два года, наступил 1991-й. 29 декабря вышло знаменитое постановление правительства о реорганизации колхозов и совхозов, а перед этим – указ президента о проведении земельной реформы.

«Сейчас можно говорить о преимуществах коллективной формы хозяйствования или индивидуальной, искать плюсы и минусы, обсуждать их, – рассуждает Михаил Мункуевич, – но кто будет спорить, что коллективные хозяйства держали всю социальную сферу села? Была работа, преемственность профессий, когда один из сыновей становился трактористом, одна из дочерей оставалась в родном селе дояркой. Свадьбы, поминки, похороны, встречи – всё в деревне было, а сама деревня была маленьким обособленным царством, где председатель был такой маленький пупочек земли. У колхозников была гарантия труда, гарантия отдыха.

Этими двумя документами – указом и постановлением – коллективные хозяйства похоронили. Начали выделять паи, кооперативы вместо колхозов создавать, общества с ограниченной ответственностью… Цены какие стали! Дальше – история известная».

По душам

В 2003 году Михаила Мункуевича Нимаева пригласили работать в Управление сельского хозяйства Борзинского района. Он согласился, в своё время покинув пост председателя из-за проблем со здоровьем.

Сельский труженик, простой мужик сразу вызывал симпатию у крестьян – никто не видел в нём районное начальство, скорее земляка, своего, доморощенного сельхозника, кем, собственно, был и является Михаил Мункуевич. С ним всегда говорили по душам. А можно было и ничего не говорить, ведь своим людям и так понятно, что происходит на селе и в сельском хозяйстве, потому что именно этим и наполнена вся их жизнь.

Беречь людей, поддерживать, пусть хоть иногда только словом, своих сельских тружеников – вот, пожалуй, главное в работе Михаила Мункуевича.

Есть у него и совсем личные правила. Первое – не врать. Второе – если уж ситуация совсем плоха, то не очень остро для восприятия её подать: иногда ведь проблема благополучно разрешится, а человек уже настрадается и напереживается… На безвыходной ситуации всё в шутку обернуть – это тоже один из его методов работы. Потому что районная власть – близкая к людям. Надо их понимать. Надо заслужить их доверие, а не только быть назидательным органом. Этому его самого научили мудрые руководители.

«Всегда я вспоминаю покойного Владимира Дмитриевича Шемелина, кавалера ордена Трудового Красного Знамени, который был председателем колхоза в Биликтуе, куда я приехал работать, – рассказывает Михаил Мункуевич. – Это человек от земли. Мудрость была в нём очень большая. Необычно доброе отношение к людям. Всегда казалось, что председатель колхоза ногой топает, кулаком стучит, его все боятся, но ничего такого у Владимира Дмитриевича не было. Помню, только я в колхоз приехал, поехали мы с ним на полевой стан – перед посевной надо было провести собрание, привезти расценки, дать задания. Приезжаем, а там уже люди стол накрыли. Я думал, он ругаться будет, а он сказал так: «Поедем-ка домой, Михаил Мункуевич, у них сегодня праздник!»

Мы сели и уехали, а утром бригада вместе с бригадиром в его кабинете стояла, извинялась. Всё равно, какой ни есть, человек – совестливый, у каждого есть свои переживания. Это надо понимать».

Настроился

За эти годы в Борзинском районе сменилось пять глав. Каждый видел свои задачи и руководствовался своими целями. «Каждый работал, как понимал, и пытался делать во благо», – уверен Михаил Мункуевич.

Одним из решений прежних лет стало преобразование самостоятельного управления сельского хозяйства администрации Борзинского района в отдел АПК комитета экономического развития. Произошло сокращение штатов. Несколько лет назад коллектив отдела полностью сменился – люди ушли на пенсию. А в этом году такое решение принял и сам Михаил Мункуевич. На удивление и уговоры остаться отмахивался: «Настроился, значит, настроился! Тем более что все пенсионные вопросы уже решил!»

Смотрю на него и пытаюсь вспомнить нашу самую интересную встречу. Где это было? У Александра Ивановича Русинова, показывавшего своих красавцев – владимирских тяжеловозов? Или у фермеров Лопухова и Зырянова, зятя и тестя, получивших в 2012-м грант? Или в маленьком Тасырхое, где в щитовых домишках без света ютились труженики Дамдиновы, пока «несчастье не помогло»? Или на открытии сквера Целинников в Чите? Или на Сибирско-Дальневосточной выставке племенных овец и коз, где обязательно нужно подойти к животным братьев Чемусовых?

Я могу долго перечислять и не выберу. Потому что везде он был – тихий и незаметный Михаил Мункуевич, мягко, но ощутимо заботившийся о своих людях. Кстати, некоторые из них давно уже получили награды не только регионального, но и федерального уровня. И в этом тоже есть его заслуга.

21 августа Михаилу Мункуевичу исполнился 61 год. В любви и согласии живущий с супругой Светланой (соседи по чабанским стоянкам с детства), на главный вопрос, в чём смысл жизни, отвечает коротко: «Посадить дерево, вырастить сына». Деревья посадил. Сыну 23 года.

– Чем на пенсии будете заниматься? – спрашиваю.

– Буду адаптироваться и привыкать, – отвечает Михаил Мункуевич.

– Есть такие хозяйства или сёла на территории района, где не удалось побывать? – интересно мне.

– В сёлах во всех бывал, – отвечает он, – а вот на чабанских стоянках – не на всех. Ведь, кроме крупных хозяйств, ещё много частных стоянок… На сегодня у нас 54 фермерских хозяйства. Грантовой поддержкой хорошо стали пользоваться: в прошлом году 8 фермеров получили гранты на 23 млн рублей. Посевных хоть немного, всего 5400, но новые, молодые фермеры пришли, начали распашкой земель заниматься…

Я слушаю и понимаю, что ничего для него не кончено. И работа, и сельские дела, и судьба районного АПК ещё долго не будет оставлять его равнодушным… И «привыкнуть» к простой пенсионной жизни, наверное, получится нескоро.

0

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)