Воспоминания о своей жизни

Рассказывает Василий Иванович Блудов, ветеран труда

Я родился в 1937 году в селе Лагери Балаклейского района Харьковской области в семье железнодорожника, составителя поездов.

Киндер партизаны

Отец Иван Максимович родился в 1907 году, мама Федося Михайловна родилась в 1910 году.

В семье нас было трое, я, сестра Галя и маленький братишка Лёня, который родился перед войной, в марте 1941 года. Когда война началась, мы находились дома, когда начали бомбить станцию Балаклея мы спасались в гараже, он был бетонированный. Но когда вылезли из гаража, всё было в огне и в дыму. Мама взяла меня за руку, трёхмесячного Лёню несла на руках, и мы бежали в деревню, она находилась недалеко, всего три км…

В 1944 году мне было семь лет, мы жили в Полтаве. Маму и сестрёнку Галю водили на работу полицаи, а мы с Лёней были в избе, Лёня был привязан за ножку стола. Помню, это уже была весна, мы шли по дороге, было очень холодно, мы очень замёрзли, были очень слабые, грязные, оборванные, но дошли в какую-то избу, в избе была одна бабушка старенькая. Она на нас посмотрела – мы трясёмся, обутки у нас тряпочные, подошвы были деревянные. Бабушка сказала скорей залазить на печь. Но только согрелись, как заходят два немца и давай кричать: «Киндер партизаны!» Мы расплакались, и бабушка на них закричала: «Какие партизаны, это дети». Не знаю, что было бы дальше, так как началась бомбёжка, немцы быстро выбежали. После видел немцев уже в 1945 году на станции Балаклея, пленных. Они убирали то, что бомбили, везде было всё в развалинах.

Хлеб и бочки

Не знаю, как выжили после войны. В 1946 году мы с братишкой Лёней ходили на станцию Балаклея и просили. Мама лежала больная в избушке с земляным полом. Она вся была опухшая, говорили – водянка. На тот момент мне уже шёл 9-й год и я с одним парнишкой поехал в город Харьков. Ехали без билета, подцепились под вагон в собачий ящик и в нём ехали, но коекак добрались до города. Парень меня поставил возле мостика на улицу, выходящую на базар. Стою, положил кепку на землю, мне уже набросали копеек. А тут идёт мужик пьяный, как пнёт кепочку, и полетели мои копеечки под мостик. Я расплакался. Ко мне подошла женщина, дала мне 3 рубля и сказала идти отсюда, что этот мужик – бандеровец. Я сказал спасибо и побежал на базар – купил хлеба! Конечно, это был чёрный и очень крепкий сухой хлеб, но я очень обрадовался, что купил целых три булочки хлеба.

Наступил 1947 год, мы уже жили на Донбассе, мама и сестра Галя работали в саду, собирали яблоки. Мы бегали в ограде, там были два мужика рабочих, которые стали нас ловить. Лёню не поймали, а меня поймали. Потащили в амбар, где стояли большие бочки. Мужики меня схватили за ногу и спустили вниз головой в бочку. Держали меня так, пока не потерял сознание. Очнулся только когда мама меня везла в больницу на телеге. Вот что эти «бандеры» творили в войну.

Пролежал я в больнице до 7 ноября, как раз под окнами шли демонстранты с флагами. Я смотрел на них из окна.

Теперь самостоятельный

После больницы мы уехали в Забайкалье, в село Аксёново-Зиловское. В 1947 году мне было уже десять лет, но я был очень слабый и в школу пошёл только в 1950 году. Жили мало-помалу, но хорошо, что уехали подальше от бандеровцев.

Учился неплохо. Учительница была очень хорошая – Александра Филипповна Анциферова. Наступил 1953 год, в марте умер Сталин. Помню, мы стоим на воздухе, паровозы гудят, люди плачут, мы тоже плакали…

В конце октября 1953 маме было нужно сменить климат, и мы уехали в Хабаровск, там я получил паспорт и началась моя самостоятельная жизнь. В марте 1954-го я уехал в Комсомольск-на-Амуре, поступил в строительную школу №7, специальность – плотник-опалубщик IV разряда. В 1955 году окончил школу и уехал в посёлок Таптанай Дульдургинского района, прожил там зиму.

В село Оленгуй переехал весной 1956 года, с 11 ноября 1957-го и по 1959 год служил в армии в Иркутске. В 1960 году женился на девушке Галине, в 1961-м поступил в училище в Хадабулаке на специальность «тракторист-машинист широкого профиля». Всё, конечно, не опишешь в двух листках с моим образованием. С 1962 года, после того, как окончил училище, поступил в совхоз «Дарасунский» и всю свою жизнь проработал там.

Пока я учился на тракториста-машиниста, жена Галина с ребёнком жила у матери. Как устроился в совхозе, мне дали гусеничный трактор ДТ-54, и пошла работа! В 1964 году пересел на комбайн СК-4 и трактор МТЗ-50 «Беларусь». Вот так все тридцать пять лет отпахал.

Хорошо, а потом плохо

В 70-х годах жить в совхозе стало хорошо. Мы с женой Галей родили и воспитали пятерых детей – в 1961-м родился Сергей, в 1964-м Светлана, в 1966-м – Альбина, в 1969-м – Владимир, в 1972-м – Елена. Всех воспитали, все окончили десятилетку. Девчонки стали одна поваром, вторая швеёй, третья кондитером. Ребята отслужили, получили профессию трактористов и работали вместе со мной в совхозе «Дарасунский» до самого развала Советского Союза.

Даже не хочется писать, что тогда было. 30 лет я проработал в совхозе, и в один миг всё растащили, как будто война прошла. Даже Дом культуры разобрали и куда-то вывезли. Мы с женой копили деньги, на книжке лежали четыре тысячи; думали – хоть под старость будем нормально жить, но нет. Ушли на пенсию – назначили самую маленькую, прожиточный минимум. Вот так и живём помаленьку, да уже болячки появились под старость. Жена моя умерла в 2019 году, мы прожили вместе 59 лет, сам живу с одной почкой.

Не думайте, что я жалуюсь. Я, конечно, неграмотный, всего три класса образования, но вот смотрю сейчас по телевизору, как опять освобождают Балаклею, где я рос, от нацистов, и как будто снова проживаю всё с 1941 по 1947 годы. Не знаю, как остался живой, когда бандеровцы меня вниз головой в бочку затолкали. Вспоминаю, и руки трясутся… Наверное, меня тогда боженька спас. Мне сейчас 85 лет, я ветеран труда, у меня 15 внуков и 16 правнуков.

Василий Блудов, с. Оленгуй, фото из архива автора

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)